Ландыши кое-где сохранились. Подумал Старков, что девушка их ищет, поэтому нарвал букетик и протянул ей. — Меня этим не возьмешь! — закатила глаза Катя, но ландыши не выбросила. — А чем возьмешь? — Дверь мне в общаге выбили. Сосед-алкаш. Починить бы. — Легко. Тем же вечером он все сделал. Не только на петли дверь посадил, но и с соседом воспитательную беседу провел. Больше он к Кате не ломился. Однако тот инцидент на нее повлиял. Девушка решила бунт прекратить, с родителями помириться и вернуться под их крышу, а еще восстановиться в университете. Диплом Катя писала беременной, защищала — кормящей. Первые годы Старковы жили бедно. Чтобы сводить концы с концами, поселились у родителей жены. Им выделили комнату и полку в холодильнике. На этом помощь заканчивалась. У Кати имелся младший брат-инвалид, тесть с тещей тратили на него деньги и все свое время. Эдик понимал, поэтому ничего не требовал. Приютили, и на том спасибо. А Катя обижалась. Она чувствовала себя обделенной. — Я много не прошу, — всхлипывала она, обнимая вымотанного на стройке мужа. — Но хоть иногда мама могла бы погулять с Мишуткой. — Так они назвали сына. — А отец его кроватку починить. — Купили подержанную, потому что на новую не хватило денег. — Сам починю. — Когда тебе? Ты с утра до ночи вкалываешь. — Родители отговаривали нас от скоропалительного брака. И с ребенком просили повременить. Мы не послушались и теперь несем ответственность за свой выбор. — Спать хотелось так, что глаза болели оттого, что Эдик с силой их распахивал. Но он терпел, понимая, что Кате нужно выговориться. — Я предлагаю выход: вы с Мишуткой на пару месяцев уедете к моим в село. Там и помощь получишь, и правильное питание: овощи с грядки, свежие яички, молоко из-под коровки. — Нет, я не согласна на разлуку! — Обещаю навещать каждую неделю. — Не сможешь ты сдержать это обещание. Сто восемьдесят километров до села, а у тебя всего один выходной. Она упрямилась еще две недели, пока в очередной раз не разругалась с матерью из-за того, что та не подняла тревогу, когда у Мишутки, с которым она в кои-то веки согласилась посидеть, поднялась температура. Случись такое с ее сыном, к нему бы уже мчала скорая помощь. В разлуке страдали оба. Но больше Эдик, что странно. Он мог спать дольше и спокойнее, не отвлекаться на домашние заботы, не раздражаться из-за ссор родителей с дочкой. И он не ревновал Катю, а она его очень сильно. Старкова это смешило. — Ты думаешь, я по бабам без твоего присмотра пойду? — спрашивал Эдик у грозно смотрящей на него жены. Когда он навестил семью в первый раз, она не только допрос с пристрастием устроила, но и осмотрела каждый участок тела на предмет засосов. — Или, скорее, они на меня кинутся? Будут на части рвать, как голодные волчицы зайчонка? — Хватит скалиться, — еще больше сердилась Катя. — Думаешь, я не знаю, какие бабы есть наглые? Вот соседка у нас, Ленка-камбала, у собственной сестры мужа увела, и теперь он из одной комнаты в доме в другую переехал. А в зале у них поле для битв.
Устраиваются вместе сериал смотреть, но до конца серии не досиживают, начинают за косы друг друга таскать… — Почему камбала? — зачем-то переспрашивал Эдик. — Косая она. Поэтому сестра считает ее ведьмой и думает, та мужа ее приворожила. Катя отвлекалась на сельские сплетни, забыв на время о ревности. — Может, вам сюда переехать, сынок? — спрашивала у Эдика мама. И она, и его сестра полюбили Катю с Мишенькой и были не против совместного проживания. — У нас большущий дом, хозяйство, воздух чистый… — И нет работы, — заканчивал Эдик. — Для рукастого непьющего мужика в селе всегда работа найдется. — А для архитектора-реставратора? — Церковь восстанавливают у нас, — подсказывала сестра. — Катя там может пригодиться. — Нет, милые, не останемся мы. В городе возможностей и для нас, и для детей больше. Но за предложение спасибо. Еще большее — за поддержку. Катя в ней нуждалась в первую очередь. — Хотел было про послеродовую депрессию упомянуть, да смолчал. Не поняли бы простые деревенские бабоньки, о чем это он. Из села Эдик забрал семью в конце сентября. Привез ее (и мешки да банки с харчами) в отдельную квартиру. Съемную, но уютную, в хорошем районе. Через несколько лет они ее выкупили. Тогда у Эдика уже был свой бизнес по производству и установке металлоконструкций. Сначала мелочовкой занимались на предприятии, панелями и ограждениями, потом перешли на вещи посерьезнее: каркасы, балки, лестницы. А благодаря Кате и за нестандартные проекты взялись, к примеру, архитектурные объекты. Несколько созданных по ее проекту инсталляций купили арабские отельеры, и стоят они сейчас на лужайках пятизвездочных гостиниц в Шардже и Фуджейре. Путь Старковых к успеху был долог и труден, но шли они к нему рука об руку. Спорили, ссорились, друг с другом по нескольку дней не разговаривали, спали в разных комнатах, но никогда не разъезжались.