Затаив дыхание, я сосредоточился на противнице, которая, вне всякого сомнения, попробует что-то провернуть, и в этот же момент ощутил движение воздуха совсем рядом. Резко крутанулся, стремясь поразить возникшую справа угрозу, но было поздно.
В ночной мгле блеснул серебристый клинок, и я вскрикнул от боли.
Их две! Их две, разорви меня Бездна!
Ещё одна женщина в маске выжидала, и в тот момент, когда я был сосредоточен на её напарнице, атаковала. Итог — я лишился правой руки почти по локоть. Кровь хлынула во все стороны, а я, зарычав подобно дикому зверю, нанес мощный удар ногой. Девушка решила заблокировать атаку, и зря, потому что её отбросило в сторону, и она едва не сорвалась с крыши.
Лучше бы сорвалась.
Пальцы на уцелевшей левой руке трансформировались в когти-лезвия, которыми я почти достал первую девушку, напавшую на меня, пока я разбирался со второй. Она попыталась увернуться, но не рассчитала изменений в моем теле, и я таки смог зацепить эту суку. Когти скользнули по маске, заставив ту треснуть и разлететься на кусочки, обнажив левый глаз девицы, и…. Тот полыхал голубым пламенем!
На долю секунды я замешкался, а её напарница вонзила мне клинок в спину. Я резко развернулся, но тут же первая подрезала мне левую ногу, заставив упасть на одно колено.
— Доставил же ты нам хлопот, Виктор Торн, — сказала та, у которой была треснувшая маска.
Голод пробудился с новой силой. Когти на руках стали длиннее, а сама рука почернела, начав меняться.
Заревев, я бросился на ближайшую, собираясь вонзить когти и утолить голод, но они оказались быстрее. Одна точным движением пронзила мое колено, а вторая вонзила клинок под челюсть.
— В прошлый раз мы с тобой разошлись в ничью, — сказала вторая и, сняв маску, приблизилась к моему лицу.
Улыбнувшись, она подалась вперед и едва ощутимо коснулась моих губ своими.
— Прощай. Ты хорошо сражался.
Я пытался что-то сказать, но не мог даже пошевелиться. В глазах стремительно темнело, но боли не было. Даже голод, казавшийся неумолимым, утих.
Я умираю. Вновь…
Девица с треснутой маской взмахнула своим сверкающем в лунном свете клинком и отсекла мне голову.
Глава 10 Тайны
Пробуждение вышло болезненным. Стоило открыть глаза, как их тут же резануло. Дышать сквозь сдавленные легкие было больно, каждый вдох вызывал жжение внутри груди.
Перевернувшись на бок, я закашлял и попытался встать, зажмурив глаза, но тут что-то звякнуло, и лишь после этого я понял, что скован цепями.
— Без…дна… — прохрипел я, ощупывая металлический браслет на правом запястье, от которого тянулась толстая крепкая цепь к каменной стене. Я дернул рукой, попытался высвободиться, но безрезультатно. Оковы явно подбирались с учетом сверхчеловеческой силы пленника.
Глаза понемногу начали привыкать к тусклому освещению комнаты. Из источников света тут был лишь небольшой масляный светильник, стоящий на противоположной стороне помещения, и это радовало. Из-за того, что он создавал в комнате полумрак, глаза болели не так сильно, если не смотреть прямо на источник света.
Я находился в каком-то подвальном помещении без окон, в котором были только односпальная кровать и столик, на котором и стоял тот самый светильник. А вот кровать оказалась достаточно удобной. Неизвестные позаботились, чтобы пленнику было комфортно. Подушка, одеяло, чистое постельное белье.