И её клеймо в свете осколка выглядело иначе.
Не «𐌐».
Но оно всё также напоминало букву «Г», только теперь выгнутую в несколько сторон.
«𐌍».
Взял осколок в руку, относя от кирки.
И клеймо вернулось к первоначальному виду.
Поднёс обратно.
И клеймо вновь показало свою двойственную природу.
Хмыкнул, позвал Микта, показал ему двуличность нанесённой метки.
Проверили на второй кирке — тот же результат. Причём на обоих клеймах. Подобрали случайный осколок из тех, что валялись в округе. Проверили — тот же результат. Сходили до кучи остального инструмента. Проверили этим методом всё там — результата нет. Но пометку по итогу себе сделали — наблюдения Микт записал в свой блокнот-альбом, зарисовав и символы-руны на всякий случай.
И решили для себя, что сам Предел послал нам эти орудия. Потому ими и ограничились — другие брать не стали. И наверх лезть на леса — тоже. Хоть и поспорили на эту тему немного.
Вернулись к ручью, где набрали во флягу живительной воды — это точно лишним в будущем не будет, но жажду утолять ещё раз уже не рискнули.
Фляга, кстати, как и вся прочая найденная посуда, были самыми простецкими, видавшими времена явно лучше нынешних, но весьма и весьма крепкими. Из светло-серого металла и точно не драгоценного… Но нам и такое было за великое счастье сейчас. Особенно с учётом её объёма литра на два.
Закинули на плечи рюкзаки, в правую руку взяли по кирке, в левую — по осколку. Вдруг руны где-то и вовсе скрытые встретятся-окажутся без света кристалла? И дополнительно набрал в карман горсть совсем мелких осколков, чтобы при необходимости использовать вместо значков, запас которых уже оставался совсем скудный. Во всяком случае у меня — у Миктлана не спрашивал за них, а сам он молчал по этой теме.
На том приготовления наши к дальнейшему пути завершились.
Подошли к следам, оставленных неугомонной и неуловимой гильдейской девчонкой.
Переглянулись.
Кивнули друг другу.
Направились по их цепочке следом.
А они затейливо петляли, пару раз подводя к тем грудам отвалившихся сталактитов.
Сама пещера тоже не переставала нас удивлять собой — никак не укладывались её размеры в качестве подземного уровня Лабиринта. Ладно бы только её поверхность шла под уклоном вниз, но нет. В один момент и потолок ушёл резко вверх. Настолько, что уже никак не был сопоставим нескольким метрам, которые изначально давали, тут уже скорее весь десяток, а то и больше. И по тем ощущениям, которые оставались, мы не настолько глубоко спустились по всем ступенькам, чтоб стали возможны такие высоты. Что-то тут точно не так. Начало друз кристаллов и вовсе терялось где-то во мраке наверху. И так эти светящиеся сосульки над головой выглядели еще невероятнее — казалось, что Тьма ожила и тянет свои когти к земле, к нам. А в моменты, когда раздавался рёв, мурашки и вовсе пробирали даже не до костей, а до самого костного мозга… Главное — не смотреть наверх!
Шли медленно. И след иногда теряли, и лишний раз старались не проходить под гроздьями кристаллов — а вдруг именно в этот момент какой решит отколоться? Тем более звук воя был очень резонирующим, и иногда казалось, что сталактиты трещат, стонут, шепчут что-то… Страшно, жуть! Во всяком случае Светлого я бы в такие моменты назвал и вовсе Белым. Да я и сам, скорее всего, такой же был. Ха-ха…