— Так и чешутся руки нагадить янки. Как почитаешь, как они вели себя здесь полтора века… — сказала Мизуки.
— Патриотизм и ненависть к врагам — хорошее чувство, но у нас есть задание, которое превыше них, превыше нас, превыше всего. А нагадить — разрешаю. Я думаю, что когда мы выполним эту миссию, сдадим полиции их сарай на пристани. С полной разблядовкой, кто к нам пожаловал. Поднимется огромный дипломатический скандал, а император, наконец, обретет хоть часть своего сильно укороченного авторитета.
— Я так понимаю, идем их брать мы? — сказала Кошка.
— Да. Мизуки как всегда, наши глаза и уши.
— С вами вообще растолстею и поглупею, мозги жиром заплывут, — буркнула она. — Только сиди и обеспечивай…
— Зато прикинь, какая у тебя станет аппетитная жирная попка! — подпустила шпильку за утренний прикол Хитоми. — Хоть на девушку похожа станешь, а то ни сисек, ни пи…
Вжиу-хлоп! Мизуки не стала размениваться на взаимные нежности, а просто запустила в Хитоми тапок.
— И попа с кулачок, — ржущая Кошка увернулась от второго.
— Так, харэ резвиться, — сказал я. — Когда, по твоим прикидкам, ожидается это действо?
— Ну скорее всего как всегда, в наше любимое детское время, ночью. Но я бы рекомендовала быть в полной боевой готовности, и нацепить камки.
— Жарко же, — вздохнула Хитоми.
— Ну вот авось и сопреешь, — удовлетворенно сказала Мизуки.
— Все, хорош, — я вытолкал возмущенную Хитоми из операционного центра. — Пошли готовиться!
Да, душ бы не помешал, это точно. Прикидки Мизуки действительно оправдались, но мы взмокли. Как в рекламе дезодоранта — «Когда нам жарко, мы потеем. Когда мы потеем — мы воняем.»
Фургон уже был набит всяким стреляющим железом — хоть мы им сегодня и не собирались пользоваться, но лучше его иметь под рукой, чем не иметь — а мы, полностью упакованные, сидели и ждали в операционном центре.
— Внимание! Вижу отъезжающие машины от лодочного ангара. Две машины — «Сузуки-сабербан» и «Тойота-Хаяйфу». Численность группы навскидку — около двенадцати-пятнадцати человек.
— Хорошо подготовились. Неужели они будут брать объект в лоб? — спросила Хитоми.
— Нам все равно, это их трудности, — сказал я, поправив сбрую. — Мизуки, все транслируешь нам.
— Поняла. Удачи!
Мы с Хитоми сели в фургон и покатили экспроприировать экспроприаторов.
По прибытии на место нам пришлось поскучать недолго. Спецназ попался умелый, перестрелка была короткой, потом объект накрыли из подствольников и револьверного гранатомета. Все это было настолько незрелищно, что об этом пожалела даже Мизуки.
— Внимание, они загружают фургон.
— Численность не изменилась?
— Сейчас их тринадцать, и тело одного тащат, либо раненый, либо убитый.
— А наш объект?
— Отсюда толком не видно, но похоже с ними гражданский. Не могу дрон подвести ниже, собьют и их спугнем.
— Не надо. Что еще? — спросил я.
— Тащат какой-то большой и тяжелый ящик.
— Ага, вот и оно. Все, мы в засаду, ты отслеживаешь передвижение конвоя.
— Принято, — сказала Мизуки.
— Ну что, как обычно? — спросила Хитоми, разминая пальцы.
— Почти. Я кастую Общее Оглушение, потом контроль обычным путем.