В баре гремела музыка, а разгорячённые парочки сливались в танце. Выпив, они тоже невольно заразились общим весельем, и Мира даже позволила затащить себя на танцпол местной смуглой девчонке. Мирон, сидя за столиком, наблюдал за их дикими танцами, покатываясь со смеху.
— Эй, напомни, как там… Мне бутылку вина? — Мирон наклонился к ней, едва она присела рядом.
Мира усмехнулась, потянулась к его уху и шепнула.
Парень повторил вслух, старательно выговаривая каждое слово, потом обратился с этой фразой к подошедшей к ним хозяйке.
— Уна белла́за дива́на, пор фаво́р!
Женщина выслушала его и расхохоталась.
— Что я такого сказал? — растерянный парень обернулся к Мире. — Что не так?
— Ты попросил себе божественную красотку, — прыснула Мира. — Хозяйка приняла это на свой счет и, кажется, очень польщена.
— Чёрт, — пробормотал парень, краснея, — ты меня подставила.
— Я тебя просветила. Это разные вещи.
Хозяйка, все ещё посмеиваясь, поставила бутылку вина на стол и, не сводя глаз с Мирона, сказала ему что-то низким голосом. Мира уже заливалась хохотом.
— Она спрашивает, когда ты позовёшь её на свидание, Ромео.
— Отлично, — вздохнул парень. — Скажи ей, что сначала мне нужно выучить хотя бы десять приличных фраз. А то с моим испанским я случайно женюсь на ней, не дойдя до десерта.
Хозяйка снова рассмеялась, подмигнула ему и, покачивая бёдрами, ушла за стойку.
— Ну, — сказала Мира, разливая вино по бокалам, — вот теперь ты по-настоящему погрузился в местную культуру.
Веселье было в самом разгаре, но им вдруг снова захотелось уединения. Они вернулись на пляж, где познакомились днём, и довольно быстро опустошили вторую бутылку сладкого виноградного вина.
Оба сильно опьянели, и улеглись, растянувшись рядышком, на песок.
Выпив лишнего, молчаливый Мирон сделался необычайно разговорчивым, а болтливая, энергичная Мира почему-то погрузилась в свои мысли. Как сквозь пелену она слышала, как Мирон рассказывает про свою музыкальную группу, которая осталась дома. Какая жалость, говорил он, что придётся пропустить целое лето совместных репетиций, зато он сможет сосредоточиться на написании новых песен и больше практиковаться в игре на гитаре.
Пока Мира всё это слушала, её не покидала одна-единственная мысль – ей очень хочется поцеловать этого парня.
И она, дождавшись паузы в разговоре, когда Мирон набирал воздуха в лёгкие, чтобы продолжить монолог, сделала это.
Отстранившись на секунду, она посмотрела ему в глаза, проверяя реакцию. Мирон был удивлен, но, видимо, удивлен приятно, потому что тут же запустил пальцы в ее волосы и жадно поцеловал в ответ.
Они смогли оторваться друг от друга лишь спустя час, когда у обоих опухли губы и онемели языки, а под одежду с руками попала целая куча песка. У Мирона разрывался телефон от звонков его заботливой мамочки — на дворе ночь, а её сын таскается неизвестно где, в незнакомом городе и стране. Свой телефон Мира предусмотрительно заранее выключила.
Пришла пора расставаться.
— Мы встретимся ещё? — с надеждой произнёс Мирон.
— Шутишь? — удивилась девушка. — Конечно! Завтра с утра на этом же месте буду тебя ждать. Видимо, придётся мне здесь всё-таки задержаться. Не знаю, насколько меня хватит — терпеть весь этот цирк, что устроил отец, но…