— В последние восемнадцать месяцев я думал о тебе, — глаза Мэшера встретились с моими. — Каждый день без исключения, пока сидел в вонючей тюремной камере.
— Извини, здоровяк. Ты не в моём вкусе, — я сделала шаг назад, чтобы дать себе свободу для манёвра.
Мэшер по ошибке принял стратегическое мышление за абсолютную трусость.
— Да, тебе стоит бояться, малявка, — сказал он, одаривая меня улыбкой абсолютного психа. — Потому что я причиню тебе боль.
Он рванулся вперёд, чтобы схватить меня, но я увернулась. Когда он проносился мимо меня, я грубо толкнула его, отчего он головой врезался в стопку деревянных ящиков, наполненных помидорами и другими свежими продуктами, которые курьер только что выгрузил у продуктового магазина Дейла. Мэшер взревел от ярости, а курьер поспешил запрыгнуть в грузовик и уехать с визгом шин и наполовину распахнутой водительской дверцей.
— Ты об этом пожалеешь, — сказал мне Мэшер, вытирая с лица щепки и мякоть свежих томатов.
Он бросился на меня как разъярённый бык. Я подняла руки, чтобы призвать порыв ветра и сбить его с ног.
Ничего не случилось. Заклинание не сработало.
От шока я застыла буквально на секунду, но Мэшеру этого хватило, чтобы схватить меня за плечи и с силой шарахнуть в запертый мусорный контейнер. Разряд боли пронзил мой позвоночник. Я пиналась, сопротивлялась и вырывалась со всей силой, но вся сила меня покинула. Я больше не была сверхъестественно сильной.
Самодовольное, жестокое лицо Мэшера смотрело на меня сверху вниз.
— Я же говорил, что ты об этом пожалеешь, — одна из его огромных ладоней сомкнулась на моём горле, и он начал сжимать. — Но если извинишься за то, что сделала со мной, может, я тебя отпущу.
— Нет… — я закашлялась. — …не отпустишь.
— Нет, не отпущу, — согласился он, злорадно загоготав. И сжав ещё сильнее.
Я копнула глубже, пытаясь вытащить свои силы на поверхность… хоть какие-нибудь мои силы… но их просто не было. Моя магия исчезла. Я снова стала человеком.
Я так ошибалась. Меня не просто закинуло в прошлое; я ибыла тем человеком из прошлого. Я больше не была Ледой Пандорой, Ангелом Хаоса. Я была Ледой Пирс, совершенной бессильной охотницей за головами. Ледой без магии. Ледой, слабой практически как любой другой человек. Во мне не было ничего магического, если не считать моих воспоминаний.
Перед глазами замелькали тёмные точки. Мэшер постепенно выдавливал из меня всю жизнь, и я ни черта не могла с этим поделать.
Глава 3. Драться по-грязному
И снова я оказалась тем слабым человеком, которым была ранее… во всём, кроме моих воспоминаний. Те воспоминания сминались воедино в моём хрупком теле как попкорн, взрывающийся в тонком бумажном пакетике, угрожая разорвать его.
Но неважно, что я помнила. Неважно, кем я была прежде. Вот кем я была сейчас: хрупкой и хлипкой, но не беспомощной.
Яникогда не была беспомощной.
— Я потерял восемнадцать месяцев жизни из-за тебя, сука, — прорычал Мэшер, крепче стискивая моё горло.
— Не из-за… меня, — выдавила я. — Ты напал на человека… учись на своих ошибках… а то потеряешь… ещё восемнадцать месяцев.