— Это шестой день игры, — прошептал Дохляк, тоже уставившись на экран.
Толпа вокруг нас бурлила от эмоций. Люди и обезьяны кричали, хлопали, поддерживали своих фаворитов. Атмосфера напряжения и волнения буквально висела в воздухе.
— Наверное, повтор показывают, — предположил Дохляк, почесав затылок.
Он огляделся вокруг, словно ожидая еще большего подвоха, и обратился к Монти:
— А ты не говорил о странностях этого города? И о том, что у них бывает такое явление, как белые ночи. Или что это вообще такое? Ночь, а через час уже вечер. Ну и как это объяснить?
Монти нахмурился, явно не понимая, о чем идет речь.
— Что такое белые ночи? — спросил он настороженно.
Дохляк понял, что перегнул с терминологией, и быстро поправился:
— Ах да, забыл, что ты не из нашего мира. Ладно, объясню проще. Белые ночи — это такое природное явление, когда солнце почти не заходит за горизонт. Вся ночь состоит только из сумерек, и светло почти как днем. Вот как сейчас.
— Ага, природное явление, — добавил Эрдан, включаясь в разговор.
— Только вот это все не объясняет, почему нас показывают на экране, — сказала я, наконец отрывая взгляд от экрана. — И почему …
Монти оглядывал площадь с подозрением, его взгляд цеплялся за каждую мелочь.
— Северные сумерки, — пробормотал Монти, глядя на Дохляка. — Так бы сразу и сказал. Белые ночи… Тоже мне придумали название. Нет тут никаких белых ночей.
— Тогда все это очень странно, — задумчиво сказала Бастет, нахмурившись.
Я снова посмотрела на площадь, где веселье продолжалось. Мохнатые существа, заполонившие ее, никак не давали мне покоя. Они выглядели как… обезьяны, но все же не совсем. Это первое, что пришло мне в голову, но чем дольше я их разглядывала, тем больше понимала, что они совсем другие.
Думаете, йети похожи на обезьян? Да и нет. Хотя это сравнение напрашивалось само собой, особенно если учитывать, что их тела были покрыты густой шерстью. Но это не были неуклюжие и дикие существа, как та же Чубакка из «Звездных войн», которая только что вышла из пещеры. Нет, эти йети выглядели… цивилизованно.
Их лица были более человеческими, с немного вытянутым подбородком. Шерсть густая, скорее как у медведя, чем как у афганской борзой. Они носили одежду свободного кроя, а их движения были уверенными и плавными. Рост у всех был внушительным — от двух до трех метров, но в этом не было ничего пугающего.
Я заметила, что по площади было множество парикмахерских, витрины которых украшали популярные модельные стрижки: полностью бритое лицо, выравнивание шерсти по всему телу, афроплетение, брейды и даже какие-то экзотические узоры. Эволюция явно не стояла на месте.
Сам город выглядел потрясающе. Небольшие двухэтажные домики в стиле шале, сделанные из камня и дерева, придавали месту уют. В центре площади возвышалась церквушка, а под ногами была аккуратно уложена брусчатка. Все это вместе создавалось атмосферу, от которой захватывало дух.
И вдруг Иван закричал, резко указывая куда-то рукой:
— Смотрите!
Мы все обернулись, но ничего странного не увидели. Это был обычный магазин, в котором продавали продукты.