Лоренс Тальбот — это, разумеется, имя персонажа, которого блистательно сыграл…
Лоренс Тальбот
Лоренс Тальбот — это, разумеется, имя персонажа, которого блистательно сыграл Лон Чейни-младший в фильме «Человек-волк» (The Wolf Man), снятом в 1941 году на студии «Universal», и в его продолжениях — «Франкенштейн против Человека-волка» (Frankenstein Meets the Wolf Man, 1943), «Дом Франкенштейна» (House of Frankenstein, 1944), «Дом Дракулы» (House of Dracula, 1945) и пародии «Эббот и Костелло встречают Франкенштейна» (Abbot and Costello spoof Meet Frankenstein, 1948, реж. Ч. Бартон).
В первом фильме Тальбот, отпрыск знатного европейского рода, возвращается под отчий кров, в поместье, расположенное в узнаваемо-голливудских декорациях Уэльса. Скорбя о смерти старшего брата, Тальбот встречает теплый прием со стороны отца, сэра Джона (в исполнении Клода Рейнса). Однако, когда Ларри пытается спасти местную поселянку от нападения цыгана-оборотня, тот успевает нанести герою роковой укус, прежде чем Ларри насмерть забивает его своей тростью с серебряным набалдашником.
Теперь Ларри сам превратился в оборотня и вынужден осознать, что даже тот, кто сердцем чист, волей судьбы может превратиться в волка, когда восходит полная луна и проклятие настигает его…
Герой Нила Геймана, оборотень-киллер Лоренс Тальбот, впервые появляется в рассказе «Просто опять конец света» (Only the End of the World Again), вошедшем в антологию «Тени над Иннсмутом» (Shadows Over Innsmouth, 1994). Эта история в духе Лавкрафта посвящена выслеживанию Глубоких, [2] — только Тальбот, детектив-оборотень, в силах предотвратить возвращение Старших Богов. Мы предлагаем вниманию читателя стихотворение в прозе, написанное Нилом Гейманом специально для этой антологии. Тальботу вновь предстоит сразиться с мифологическим чудовищем, только уже в наши дни.
* * *
Рот сказал:
«Вот что, Тальбот, кто-то людей моих мочит. Выясни, кто, и разберись. Пресеки».
Голос его рокотал в телефонной трубке, как в ракушке море рокочет.
Я отвечал:
«Взять и пресечь? Разобраться? Как это?»
Рот отвечал:
«Дело твое. Мне важно одно лишь: чтобы после разборки убийца не ушел как ни в чем не бывало. Ну, ты меня понял». Я его понял. Вот так я был нанят.
Слушайте дальше. Вся эта заварушка была в Лалаланде, в две тыщи двадцатых. Гар Рот в Венис-Бич всем заправлял. У него под началом ходили и сутенеры, и девки, и просто бандиты. Долю имел в наркоте и стероидах. Крут был мужик. Это-то чуяли все и его обожали — грудастые шлюхи, качки и задастые парни, все в коже. От Малибу до Лагуны не было круче Гар Рота. Дань собирали ребята его регулярно. Он, говорю я, на побережье был главный — никто не оспаривал это. Многим владел: его казино, и отели, и бары. Чем не владел, то окучивал: все под Гар Ротом ходили. Выстроил на побережье Гар Рот заведенье — там и паслась пляжная вся эта кодла. Клуб, дискотека, ну и наркотики, видно, опять же.
Что говорить, этот город молился на плоть, и уж где-где, а в клубе Гар Рота плоти было с избытком. Круглые сутки гуляли — кололись, курили и пили. Музыка так грохотала, что даже в костях отдавалась. Тут-то неладное и началось: пачками гибли. Кто убивал и зачем, неизвестно, — однако убийства те были жестоки. Кто-то, незримо прокравшись на пляж, колол черепа как гнилые орехи, вспарывал жертвам своим животы, кишки выпускал, обрывал руки-ноги, откусывал груди и члены. В шуме прибоя и грохоте музыки — кстати, в тот год почему-то самый тяжелый «металл» снова был в моде, — криков никто и не слышал, трупы ж потом находили, да опознать удавалось отнюдь не всегда их. Жертв выносило на берег — утащенных ранее в воду. Всегда спозаранку. Рот порешил: ему мстят по наркоте конкуренты. В клубе удвоил охрану, снаружи — утроил, камер везде понатыкал. Катер кружил круглосуточно неподалеку — подкараулить убийцу. Снова пришел он — а может, она иль они, — и никто их не видел. Ни на одной из видеопленок — а камеры были повсюду — не разглядели и тени. Жертвы опять были просто растерзаны в клочья.