Я держалась, скрипя зубами, терпела, а потом… начинала рыдать, просто выпускать обиду наружу. Вспоминать сына, вспоминать адмиралов, вспоминать все последние неплохие моменты, жалеть себя, жалеть о том, что случилось…
Эмоции шпарили, накрывали, как бешеные штормовые волны и шквальный ветер.
Картинки общения с близкими крутились перед внутренним взором, накручивая эмоции все сильней и сильней…
Мой мальчик, всегда такой открытый и ласковый… Наш последний пикник на Земле, буквально за пару месяцев до того, как я устроилась на новую работу и угодила на инопланетный рынок невест…
Мы смеемся, смеемся… Бежим по полю… А потом лежим и дышим… дышим… дышим…
И так светло на душе… так хорошо, хотя личной жизни уже никакой, да и подруги как-то все постепенно пропали. Затерялись в джунглях современного мира, который из-за контакта с инопланетниками резко менялся, и нам приходилось ежедневно подстраиваться…
С кем-то я еще поддерживала связь, кто-то аж заблокировал меня в мессенджерах в дни сильных эмоций и переживаний…
Но было очень хорошо и тепло просто потому, что сын рядом…
Эмоциональный маятник качался от «я больше так не выдержу» до «мне есть еще за что сражаться в этой жизни».
И ощущения «не могу дышать» проходили.
Но накатывали новые волны паники и отчаяния.
Я металась из угла в угол, как раненый зверь.
Бродила кругами. Пыталась даже карабкаться с разбегу на стены, используя свой дар. Но… выходило из рук вон плохо.
Вначале.
Причем, дар, реально, работал.
Я как бы подкидывала себя вверх — и из нескольких раз один получался.
После четырех удачных попыток подряд, я принялась пробовать еще и еще.
В конце концов, с аппаратурой не вышло, да и кто знает, что будет, если я тут что-то разрушу. Может — и сама погибну, и корабль уничтожу.
В общем, идея забраться на стену заняла меня уже окончательно.
Во-первых, я коротала время и забывала о беспросветности ситуации. О том, что выхода нет и пока не предвидится. О том, что меня то ли не ищут, то ли не в состоянии обнаружить.
О том, что случится, если я тут пробуду сутки, двое или — того хуже — дольше.
Действия помогали. Тем более, что, уже вскарабкавшись чуть повыше, я обнаружила… вентиляцию!
Ура! Воздух оттуда прорывался — свежий, прохладный и… успокаивающий.
Фу-уф… Будем жить. Прокрутилась в голове старая фраза.
По крайней мере, воздух у меня точно уже не закончится. Значит, можно действовать более активно, не боясь окончательно лишиться кислорода в крови.
Это меня слегка подбодрило.
Ощущения, что сложно дышать, сразу пропали. Видимо, это был элементарный панический приступ, точнее — много, много панических приступов на фоне безвыходности моего положения.
Я спустилась вниз, сосредоточилась и попыталась выработать стратегию — как подниматься по стене при помощи телекинеса.
Вначале я пробовала подталкивать себя чуть выше, а затем еще и еще. Продвигаться эдакими «прыжками» по воздуху.
Но в какой-то момент дар выходил из-под контроля или гравитация делала свой коронный ход — и я падала, смягчая приземление все тем же телекинесом.