– Предъявляю суду доказательство № 47 – бизнес-план медицинского центра «Гармония-2».
На экране появился документ. Красивая презентация, цифры, графики.
– Обратите внимание – учредителем указана офшорная компания на Кипре. Бенефициар – некая Кристина Смит. Совпадение?
Адвокат Кристины вскочил:
– Это обычная бизнес-практика!
– Возможно. Но вот выписка из кипрского реестра. Компания зарегистрирована за день до того, как подсудимая начала обрабатывать господина Воронцова.
В зале зашумели. Кристина сжала губы.
Дальше выступали другие пострадавшие. Каждая история – как под копирку. Знакомство в клубе, постепенное сближение, просьбы о финансовой помощи, исчезновение после получения денег.
Особенно запомнился Алексей Морозов-младший, сын погибшего бизнесмена:
– Отец переписал завещание за месяц до смерти. Все – этой… девушке. Маме и мне – ничего. А через месяц – ДТП на пустой дороге. Экспертиза показала, что тормозная система внезапно отказала. Внезапно! У новой машины!
Адвокаты забегали:
– Это инсинуации! Нет доказательств причастности!
– Доказательства есть, – вмешался прокурор. – Предъявляю суду заключение повторной экспертизы. В тормозной жидкости обнаружены следы посторонних веществ.
Бомба. Зал взорвался. Судья стучала молотком:
– Тишина! Тишина в зале!
Кристина побледнела. Впервые за процесс она выглядела испуганной.
На следующий день давали показания сами подсудимые. Ремизов упорно все отрицал:
– Я честный бизнесмен! Да, девушки работали в моих клубах. Но их личная жизнь – не мое дело!
– А почему тогда у вас дома нашли досье на клиентов? – спросил прокурор. – С указанием доходов, семейного положения, психологических особенностей?
– Это… маркетинговые исследования. Для улучшения сервиса.
– Маркетинг? Вот эта запись – тоже маркетинг?
Включили аудио. Голос Ремизова:
«…Кристинка молодец, своего строителя почти дожала. Еще пара недель – и десять лимонов наши. Светка тоже не отстает, ее банкир уже квартиру переписывает…»
– Это смонтировано! – заорал Ремизов.
– Экспертиза подтвердила подлинность.
Девушки одна за другой сыпались. Страх перед тюрьмой оказался сильнее корпоративной солидарности.
Марина Светлова рассказала о системе обучения:
– Нас учили психологии, НЛП, актерскому мастерству. Были инструкции на все случаи – как знакомиться, о чем говорить, когда просить деньги. Репетировали сцены, разбирали ошибки.
Анна Козлова – о распределении доходов:
– 40 % – девушке, 50 % – Ремизову, 10 % – на общие расходы. Если клиент «жирный», Витя мог увеличить процент. Кристина получала больше всех – она приносила самые большие деньги.
Алина Волкова (та самая, с записи) – о планах:
– Витя говорил, что еще год-два – и сворачиваемся. У него вилла в Испании, счета в швейцарских банках. Обещал каждой по миллиону евро отступных.
И только Кристина молчала. Сидела прямо, смотрела перед собой. Когда подошла ее очередь, встала грациозно:
– Я не буду отрицать отношения с мужчинами. Но я никого не обманывала. Они сами хотели быть со мной, сами дарили подарки. Разве это преступление – быть молодой и красивой?