Повисла тяжёлая тишина.
— Что-то я не поняла, — нахмурилась Астра. — Как можно продать и уж тем более купить человека?
— Ты вчера родилась, что ли, голубка? — усмехнулся Богдан.
— Не дерзи, — пригрозил я. — Астре, в отличие от всех нас, повезло. Она родилась в землях, где люди живут в единстве с природой и такими грязными вещами не занимаются.
— И в то же время девочке не повезло, что теперь она скитается вместе с нами, — добавил Волибор.
— Что ж, могу только позавидовать, — хмыкнул Богдан. — В Арадоне работорговля цветёт и пахнет. Одних заставляют горбатиться до самой смерти. Других приносят в жертву Двенадцати. Знали бы вы, что творится в церквях Арадона. Там полы от крови отмывать не успевают. И всё это — дело рук Нестера. Говорят, он лично отлавливает людей. Редко нанимает кого-то для этого дела. Он — прирождённый охотник. Только вместо леса у него целое королевство, а вместо дичи — люди.
— Эх и паршивого же врага мы себе нажили… — вздохнул Новик.
— А что они говорили про фермы? — уточнил я. — Слышал, как Нестер упомянул какие-то королевские угодья, в которые он собирается меня передать.
— О-о! Так это третья разновидность рабов, — хмуро усмехнулся Богдан. — Магов-преступников отправляют в подземелья под Арадоном. Их и называют фермами. Там из колдунов выкачивают ману, но при этом не дают умереть. Говорят, муки те ещё.
Если честно, этот Арадон у меня уже в печёнках сидит. Дворяне хотят отдать меня в рабство, культ Двенадцати желает заполучить нас с Радко для каких-то других целей.
Хорошо, что мы теперь с каждым днём будем удаляться всё дальше и дальше от этого раздробленного государства. Может, Вацлав и сможет заключить с ними торговый союз, но нам там точно ловить нечего.
Мы решили больше не тратить энергию попусту. Выбрали караульных и улеглись спать. Пока сил хватает, нужно двигаться, чтобы Зверобои нас не нагнали.
Этой ночью я в качестве караульного не остался. Печень ещё до конца не зажила, да и сил я потратил много. Надо выспаться.
Главное, не замёрзнуть насмерть в этом адском холоде.
Когда мои глаза, наконец, сомкнулись, я заметил, что кроме костра меня греет ещё и металлическая фигурка, данная Скалесом. Не знаю, что в ней такого, но бог явно желает, чтобы я добрался до цели невредимым.
А потому поддерживает меня и мою группу в этом нелёгком пути.
Правда, через двое суток пути мне пришлось отказаться от этой мысли. Либо Скалесу плевать на наше благополучие, либо он заснул в этот момент, но мы столкнулись с нерешаемой проблемой.
— Ну? И что дальше? — Стоян толкнул Богдана в плечо. — Как мы переберёмся на ту сторону?
Наша группа остановилась на берегу широкой реки. Её поверхность замёрзла, но из-подо льда доносился шум ревущего течения.
До противоположного берега не меньше четырёх сотен метров.
А лёд, кажется, не такой уж и толстый. Всех нас он вряд ли сможет выдержать.
— Этого не может быть… — побледнел Богдан. — Здесь ведь был мост! Клянусь, я два месяца назад по нему переходил. Вот, видите? — он указал на торчащие во льду брёвна. — На них он и стоял!