Глава 1
Мира
— Не терпится так? А корчила всегда недотрогу, — парень ведет носом по моей дрожащей шее, скидывает расстегнутую курточку на пол.
Теперь я еще ближе к нему. Через плотную ткань свитера чувствую жар его кожи. Тамир высокий, не меньше метра девяносто. Поэтому он сильно наклоняется. Зажимает так крепко, впечатывая в стену, что я даже пошевелиться не могу.
Первые попытки что-то сказать в оправдание, безуспешно проваливаются. В горле пересохло. Сковывает страх и растерянность.
Ни разу не видела Тамира без одежды, а сейчас он вообще без всего… Золотистая смуглая кожа, плотные рельефные мышцы рук и груди, каменный пресс. Он часто дышит и это передается и мне.
Все еще поверить не могу, что завалилась в квартиру к однокурснику.
Не к какому-нибудь!
А к самому циничному и наглому. Тамир Корнев — причина частых вздохов у всех женщин нашего универа. Не только студентки, перед красавчиком тают и преподаватели. Но не я!
Меня не должны цеплять бесцеремонные парни с заоблачным Эго. Такие привыкли жить на готовом, упрекать драгоценным вниманием и с легкостью менять девушек для постельных утех. Нет, не мое. Но… все-таки слишком вспотела и коленки дрожат.
— Тамир, — дергаю головой. — Отпусти, я не за этим!
Фух, наконец-то голос прорезался сквозь дерзкий аромат мятной хвои от парня.
— Рожкова, ты вломилась в мой дом. Разбудила… — поднимает глаза на настенные часы, — в восемь утра, твою мать. Зачем бы еще, как не вешаться на меня?
Со всей силы толкаю в обнаженную грудь наглеца. Повезло, он сам отшатнулся.
Ой, теперь я вижу и то, что ниже. Боже, какой у него внушительный ствол… здоровенный, готовый, торчит, с гладкой головкой…
Мамочки!
Хочу провалиться сквозь дубовый паркет. Щеки горят, язык заплетается. Нельзя меня пугать вот так стволами. Как оставаться теперь убедительной? На что я вообще подписалась?!
— Д-да, Тамир, сейчас восемь утра, — голос дрожит, но я пытаюсь, запрещая себе смотреть ниже мужской груди. — Ты задерживаешься на учебу. Пора собираться.
— Что-о???
В его темно-карих глазах загораются гневные искры.
У Тамира необычные глаза, слегка раскосые, в обрамлении густых черных ресниц. В сочетании с широкими скулами и выразительной линией челюсти, можно смело предположить, что без азиатских генов не обошлось. И без желания вышвырнуть к черту надоедливую однокурсницу, тоже, скорее всего, не обойдемся.
— Тебя ведь предупредил Олег Альбертович? — называю имя отца Тамира.
Парень сжимает в линию губы, дергает кадыком, а взглядом уже расстрелял и закопал под сосной в темном лесочке.
— Рожкова, ты больная? Мало ли, что отец там сказал!
— Но я подписала контракт. Если не соберешься, мне придется сообщать Олегу Альбертовичу. Теперь я твоя помощница…
— И надзирательница? — выплевывает насмешливо с дымящейся злостью.
— Как хочешь, так и называй. Только оденься, пожалуйста. Меня пугает твой вид.
Уже глаза болят жмуриться или тыкаться в точки на стенах. Ему хоть бы что, а я ужасно смущаюсь.
— О-о! Да ты еще переборчивая, вид не устраивает. Поверь, — хлопает себя в широкую грудь, — это тело не для каждой обнажается. Желающих гораздо больше, чем я беру в свою постель. Проваливай!