Михаил перевёл взгляд на супружескую пару. Неподалёку от сцены стояли крестьяне. Мужчина и женщина. Мужчина держал за руку ребёнка лет трёх-четырёх, а женщина качала малыша, который был младше своего брата примерно раза в два.
— Что если я убью эту семью? Тогда ты перестанешь мешать мне, Мечников? — поинтересовался Михаил. — Или нет… Погоди-ка. Зачем проявлять такую жестокость? Забирать столько жизней не стоит. Я просто могу заставить их детей гнить заживо. Во имя Нового Грифона. Что скажешь?
Меня переполняла злоба, но всё же я отличался от Михаила. И потому улыбнулся во весь рот, осознав, что мой план удался.
— Ты не представляешь, как я рад, что ты решил угрожать невинным людям, — заявил я.
Ведь теперь я могу тебя наказать, не нарушая клятвы лекаря, как только появилась прямая угроза другим людям. Причём сразу нескольким. В том числе и женщине с детьми…
Тогда-то я не просто смог дать волю своему обратному витку. Клятва сама наделила меня дополнительными силами, чтобы я смог сделать всё это качественно.
Я схватил Михаила за плечо и влил в него столько калечащей силы, сколько хватило бы для убийства громадного монстра. Но и этого не хватило, чтобы повалить его на колени. Видимо, Тёмный Грифон даровал ему огромную силу, на какое-то время он сам стал некромантом, хотя родился неодарённым.
Однако Михаил не спешил ей пользоваться. Все заражённые некротикой стремятся к тому, чтобы достичь своей цели скрытно. Он не станет бить меня в ответ — я знал это.
Сначала он попытается привлечь толпу, чтобы те меня остановили. Он уже открыл рот, чтобы позвать на помощь, но я это предсказал заранее. И парализовал его голосовые связки. В итоге Михаил издал только хрип. И это было мне только на руку. Рядом стоящие люди решили, что бывшему жрецу стало плохо.
И в подтверждение этому его тут же подхватил Кирилл Мечников, подобравшийся к Михаилу со спины. Он поднял его на руки и сделал так, чтобы он не смог двигаться. Со стороны это было незаметно, но я понимал, что мой старший брат заломил ему руки, чтобы тот не мог двинуться из-за болевого шока.
— Человеку плохо! — сказал я окружающим меня людям. — Не беспокойтесь, мы — лекари. Отнесём его в безопасное место.
И все восприняли это как данность. Меня жители Хопёрска знали в лицо. Кроме того, я им не солгал. Михаилу плохо? Да. Мы лекари? Определённо. А отнеся его в другое место, мы даруем безопасность всем присутствующим.
— Папа, смотри! Там — лекарь! — прошептал мальчик, на которого только что хотел покуситься Михаил. — Я тоже хочу стать лекарем!
В этот момент я испытал чувство, которое сложно сравнить даже с высшей степенью счастья. Ведь ещё минуту назад этот мальчуган рисковал умереть невероятно мучительной смертью. Но мы с Кириллом справились. Убрали главную угрозу.
— Пустите… — хрипел Михаил на руках у Кирилла.
Я почувствовал, что он хочет применить некротическую магию, а потому сразу же ударил по нему лекарской, чтобы он потерял всякую надежду на возможность сопротивляться.
— Алексей, знаю, что я говорил тебе, будто всё прекрасно вижу и чувствую… — пробурчал Кирилл. — Но всё же прошу тебя — говори, куда идти. Иначе я случайно с ног собью кого-нибудь из крестьян.