– Я буду помнить. – Настроение становилось всё мрачнее.
– Значит, больше не пойдём в этот бар, найдём другой. Всё, завязывай хандрить. Как там сегодня твой сахар?
От этого вопроса засаднили исколотые глюкометром пальцы.
– Так себе, – честно призналась ей. И сахар – это не единственное, что вышло из-под контроля в моей жизни.
Ладно, преддиабет – пока не приговор. Холод, голод и режим ещё могут мне помочь. С последним я что-то пока не очень дружу. Ничего, небольшое отступление не смертельно, сейчас я снова вернусь к своему правильному образу жизни. А вчерашний эпизод просто забуду. Меня не первый раз обвиняли в легкомысленном поведении, на этот раз это хотя бы обосновано.
Сварила на завтрак яйца пашот – горжусь умением варить их по-настоящему, в кастрюле, без всяких приспособлений. Сделала тосты с авокадо и крепкий кофе без сахара. Авокадо, кстати, последнее, надо сходить в магазин. Поставила всё в любимом фарфоре на стол и нервно хихинула, представив вчерашнего Сашу за столом.
Нет, Елена Вадимовна, лечиться вам надо. Приличные тридцативосьмилетние женщины себя так не ведут. Задумалась о том, что не знаю, как должны вести себя приличные женщины моего возраста. Есть у кого буклетик? Носки внукам вязать вроде рано. Да у меня и детей для начала нет. Но и гулять по барам в платьях в стиле Мирей Дарк вроде как уже поздно.
Говорят, дача помогает. Посмотрела на свежий маникюр, перед глазами всплыл образ бывшей свекрови с парниками и длинными лекциями, как поливать огурцы, и отмела этот вариант. Я же современная женщина – обратилась к всемогущему интернету.
«Современная сорокалетняя женщина заботится о красоте и здоровье». Вспомнила свой счёт от косметолога и во сколько обошлись анализы из-за высокого сахара – мысленно поставила галочку – реально забочусь.
«Развивается в карьере». Что ж, должность главного бухгалтера в крупной строительной фирме можно считать успешной карьерой.
«Соблюдает баланс труда и отдыха, ведёт активную социальную жизнь». На прошлой неделе мы с Ирой были на трёх концертах и один раз ходили в кино.
Получается, что я идеальная дама бальзаковского возраста. Тогда почему вся семья считает меня потерянным человеком, а замужние подруги давно махнули на меня рукой? Только с Иркой и общаемся нормально. И то у неё есть взрослый сын. В ранге потерянных она стоит повыше меня.
В унисон моим моральным терзаниям зазвонил телефон. Я немного поморщилась, но на видеозвонок Леры ответила.
– Привет, рассказывай, как вчера сходили. – Голос лучшей подруги был участливым, но я мысленно приготовилась оправдываться.
– Да как обычно, послушали музыку, посидели да ушли. – Вру я совершенно неубедительно. Человеку, который знает меня двадцать пять лет, особенно.
– Я же вижу, ты опять что-то устроила вчера. Не ври мне. – Вот зря Лерка следователем не стала. У неё любые жулики раскалывались бы, как моя голова сегодня.
– С парнем целовалась, – нехотя ответила я.
– С каким ещё парнем?
– Не знаю, Сашей зовут.
– Он женат? – Лерка прищурилась.
– Нет, наверное. Не знаю. – Я мысленно представила себе такую же панкушку в рваной джинсовке и забритыми висками.