– Я серьезно.
– А ты не помнишь, что вчера сказал?
– Нет. Я вчера вообще не очень помню. – Саша тряхнул головой.
– Ты сказал, что ты своих друзей знаешь дольше меня и они все важнее меня!
– Я пьяный был. Я очень и очень люблю тебя. Ты для меня очень важна, – покаянно произнёс Саша.
– И розы мне красные подарил. А я говорила, что не люблю их!
– Не успел ирисы купить. В следующий раз обязательно куплю, котёнок. – И снова попытался меня поцеловать.
– Не успел он! Ты своей Насте чёрные розы неделю искал! Сам рассказывал.
– Я не знал, что это так важно для тебя.
– Мне важно быть важной для тебя. Я не какая-то девочка на одну ночь! Я твоя невеста!
– Я ещё плохо знаю тебя.
– Ты даже не стараешься!
– Я очень стараюсь. Ты очень важна для меня. Мне просто тяжело выражать свои эмоции, я говорил тебе об этом. Я вообще-то тоже много чего терплю.
– Терпит он! Так не терпи. Забирай своё кольцо и оставь меня в покое.
Я попыталась снять кольцо с пальца, но он, как назло, опух, и кольцо не снималось.
Саша взял мою руку и совершенно бессовестно засунул палец с кольцом себе в рот, тщательно обслюнявил и снял кольцо зубами, выплюнул в ладонь и протянул мне.
Взъерошенный, с похмелья, весь в татуировках с обручальным кольцом в слюнях. Но ведь таким я его и полюбила – невозможного панка.
– Друзья ставки делают, дойдём мы до загса или нет, – сопроводил он свой жест комментарием.
– А потом будут делать ставки, сколько продержится наш брак.
– Наверняка.
Я забрала кольцо и демонстративно вытерла об его майку.
– Иди за ирисами и без них не возвращайся.
– Что?
– Подари. Невесте. Букет. Ирисов, – раздельно произнесла я. – И купи подарок.
– Ну солнце, давай не сейчас, – заныл Саша.
– Я ещё не простила тебя.
– Ладно. Что тебе купить?
– Саша, не начинай, а? Мы достаточно живём вместе, чтобы твоя ленивая задница смогла придумать, чем меня порадовать.
Саши не было часа два. Вернулся он с искусственными ирисами, как будто выдранными из похоронного венка.
– Вот. Это – чтобы ты не нервничала, раз. – И протянул мне бутылку вина. – Это – чтобы не нервничала, два. – И протянул сертификат в спа-салон.
Пластиковые ирисы выжидательно на меня смотрели. Кажется, именно сейчас мне надо было решить, хочу ли я за этого человека замуж.
– Это что? – Я не торопилась принять букет.
– Ирисов в городе нет. Нигде. Я съездил на оптовку.
– А это? – Я ткнула пальцем в бедные цветы.
– А эти подогнала Могила. Она же в похоронке работает, – совершенно серьёзно ответил Саша.
«Идеальных не бывает», – снова прозвучал в голове голос бывшей свекрови. И тут же: «Добро пожаловать в семью», – голос будущей свекрови.
– Надеюсь, они не «бэу», – только и смогла сказать я.
Остаток дня Саша привычно болел с похмелья. То есть спал, ел сладкое, а в перерывах залипал в телефоне. Я знала, что толку от него в таком состоянии нет, и списалась с Любовью Викторовной.
«Ага, приезжай. Заодно поможешь». Это было загадочно. А зная её, ещё и опасно. Но желание не стесняться своих свадебных фотографий перед детьми перевесило. Кстати, а кто нас будет фотографировать? Блин. К платью надо туфли и на голове что-то приличное сообразить. Масштаб подготовки к полноценной свадьбе не хочу даже представлять. Мне проще нашу контору из банкротства вывести, чем такое организовать.