— Ты с ней спал? — наклоняюсь к его уху. Его брови хмурятся, когда переводит взгляд на меня. Но, не отвечает. Оставляю свою вилку и складываю руки на груди. Смотрю на Белоснежку, пытаясь испепелить взглядом. Красивая, сучка, ничего не скажешь, и такая утонченная. Умело управляется с салфеткой, спина ровная, словно палку проглотила. Поднимает свои синие глаза и натыкается на мой взгляд. Я же касаюсь собственническим жестом руки Рината. Он перехватывает мой взгляд, выдыхает и мягко высвобождается. А эта Белоснежка, чтобы скрыть улыбку, делает вид, что вытирает салфеткой рот. Сучка, говорю же. Чего вытираться, если еще ничего в рот взять она не успела?
— Ты дуешься?
Эта девочка в рюшах вновь обратила на меня внимание. Боже, какая радость! И ее рука вновь касается моей ноги.
— Я не дуюсь, — отвечаю специально громко – я делаю выводы.
— Выводы, — хмыкает ребенок и показывает в угол рукой, — там кы-са.
— Так почему бы тебе не погладить эту кису?
И отстать от меня. Желательно навсегда.
— Анжела, не смей, — говорит строго ее мама, недовольно взглянув на меня. А не лучше ли ей научить своего ребенка не лезть к чужим людям?
— Ма-ам, но там кы-ся-я, — капризно протягивает ребенок.
Тем временем все принимаются за праздничный ужин, а у меня пропадает аппетит, что бывает… в общем-то, никогда.
— Ты не ешь, — наконец мой парень обращает внимание на меня, оторвавшись от созерцания Белоснежки. – Расслабься и просто смотри за мной.
— Спасибо за заботу, — фыркаю. Ринат поворачивается ко мне и вопросительно поднимает бровь. Рукой отворачиваю его обратно.
— Смотри, куда смотрел, — говорю.
— Хорошо, — с выдохом соглашается, чем бесит. Снова бросает на меня взгляд. – Саша, расслабься.
— Ага, уже. Ноги на стол поставить можно для полного релакса?
— Саша.
— Что «Саша»? Ох, прости, я же в высшем обществе – шиплю и снова встречаю взгляд синих и чистых глаз. Раздражает меня эта Белоснежка, с первого взгляда просто не понравилась.
— Перестань спорить со мной, — чуть хмурит брови.
— Да, мой господин, — бросаю.
— Ринат? — дед спрашивает громче во главе стола. Мой парень невольно вздрагивает и отворачивается от меня. Все смотрят на нас, а мы тут немного увлеклись беседой и пропустили как-то…
Брови старика слегка хмурятся.
— Я спрашивал, все ли у тебя в порядке с бизнесом? – повторяет сдержанно.
— Да, спасибо, все хорошо, — тоном хорошего мальчика отвечает тот. Ловлю на нем взгляд Белоснежки. Швырнуть бы ей помидор в лицо.
— У Рината появилось кафе плюсом к клубу, который я ему поручил. Так он это кафе с нуля поднял. Теперь оно — одно из лучших в городе. Славное место, — слышны нотки гордости в голосе старшего Гаева, когда он объясняет это Истахову-старшему, который кивает головой, как болванчик туда-сюда.
— Молодец, парень, — улыбается наконец старый друг семьи. И именно в этот момент со словами: «КЫ-СЯ!» на меня резко кладут что-то большое и мохнатое, больно царапнув руку.
— Ой! – испугавшись, еще не осознавая, что делаю, отшвыриваю это нечто от себя через стол. Нечто орет дурниной протяжно «МЯУУУУ!!!», и угождает ровно в супругу Истахова, которая, такого совершенно точно не ожидавшая, от испуга кричит так, что закладывает уши. Отшвыривает многострадального кота, все еще орущего в воздухе свое «МЯЯУУУ!!!», прямо в тарелку перед Гаевым. Еда оказывается на безупречной рубашке и отглаженном костюме. Кажется, в этот момент воздух покинул все легкие находящийся в зале. Наступает звенящая тишина. Оглядываю людей вокруг, которые почему-то все, как один, смотрят на меня, может, потому, что я стою? Упс… Выдавливаю улыбку на своем лице и слегка веду плечиком.