— Сашка? Ты где? Я хожу-хожу, а тебя не видно, — слегка заплетающимся языком говорит Миша.
— Ты что нажрался?
— Это же тусовка, — довольно отвечает.
— Мне нужна твоя помощь, Миша. Ты сможешь меня приютить на ночь?
— Чего-чего?
— Помочь сможешь?
— Домой нельзя, предки. И я ищу Аленку… Без Аленки я не уйду.
— Какую еще Аленку?
— Ты че, не помнишь, с нами училась Алфутова…
Вспоминаю девочку, одетую почти всегда по форме: белый верх, черный низ, с двумя белыми и тонкими косичками, сидевшую за первой партой перед учительским столом.
— И где она, твоя Алена?
— Она не моя… мы дружим…
Может плюнуть и пойти в отель? Просто в нашем городе два отеля. И оба всегда были под завязку, и слава за ними была не айс. Так что, то место мало чем отличается от этой тусовки. Ну уж, нет. Всегда есть круглосуточное кафе. До утра попью кофе.
— Ладно, герой, спасай свою Алёну, — отключаюсь и вызываю такси. Водителем, слава Богу оказывается мужичок в возрасте, всю дорогу рассказывающий анекдоты. А я просто смотрю в темноту, пытаясь вспомнить, как тут все было восемь лет назад. Все что угодно, но только не мысли о Ринате. Потому что они постоянно в моей голове.
Неожиданно звонит телефон, заставляя меня вздрогнуть. Эльвира. Приподнимаю брови. Не уверена, что хочу сейчас разговаривать с мачехой. Но она звонит, звонит, звонит… а вдруг… Когда Эльвира в третий раз перестает звонить, я пишу смс.
Я: «С тобой все в порядке?»
Придурик: «А с тобой?»
Я: «А с папой? С Эльвирой?»
Придурик: «Саша, что случилось?»
Значит, все в порядке. Он бы уже написал или позвонил. Значит, можно не отвечать на эти звонки, пусть и некрасиво по отношению к мачехе. И, вообще, когда это меня волновало отношение к ней? Что со мной происходит? Или уже произошло?
В одиннадцать вечера в центре открыты многие кафешки. Все они практически работают до часу. Выбираю Макдональдс, здесь к тебе никто не прикопается, если будешь просто сидеть. Он небольшой и один на весь город. Работает до двух часов ночи. Отлично. А после поищу еще что-нибудь. Только устраиваюсь за столиком с подносом, так как я очень голодная, как телефон снова звонит. «Придурик». Выдыхаю и сбрасываю вызов.
Я: «Не хочу разговаривать. Все в порядке, спасибо и пока»
Он ничего не отвечает и больше не звонит. Браво, Саша. Что уж ты точно и виртуозно научилась делать за свою недолгую жизнь, так это отшивать от себя людей.
Примерно через час, когда все съедено, а людей кроме меня в зале человек десять, у меня снова звонит телефон. Это вызывает Миша. Даже интересно. Может он передумал, и я могу заночевать у него?
— Алло?
— Санек, помоги. Алёнка… Она, — говорит сбивчиво и запыхавшись. – Она обкурилась… ей плохо… а я напился не могу сообразить, что делать… ты можешь помочь?
Замираю на мгновение с телефоном, прислонённым к уху. Я — и помоги? Все всегда помогали мне. Хочется рассмеяться в трубку и сказать: «Миха, ты совсем, что ли? Я не умею!» И вообще, почему я должна? Какая-то Алёнка, с которой я толком в школе-то и не общалась. Миха, который меня не выручил… Но, вместо этого всего, я просто выдыхаю.