Помимо того, у артефакта есть и ещё одно важное свойство-способность. Пояс может менять свой внешний вид, подстраиваясь под желание-фантазию владельца. Правда, для этого опять нужна кровь, но это такая мелочь по сравнению с бонусом маскировки предмета, что даже смешно. Но и ограничение у способности есть — не более раза в год. Так что сейчас применять её точно не следует — надо сперва закончить своё Испытание, поступить, наконец-то, в Академию, где получить форму соответствующую. И уже тогда применить изменение внешнего вида.
Но ведь никакая плюшка не может не иметь минусов, не так ли?
Так и здесь — почти каждый визит внутрь хранилища будет сопровождаться двумя спутниками. Первый — тот треск лопающегося стекла, а второй — боль. Из знаний, преподнесённых артефактом, значилось, что создатели пытались найти обход проблем, но так и не преуспели. Смогли лишь завязать громкость звука и силу ощущения на массу-объём предмета, приносимого или забираемого на хранение. И, конечно, подтверждение привязки также сопровождается ими, что на своём примере и ощутил. Искренне надеюсь, что смогу привыкнуть к такому, а иначе в напряжённой ситуации лучше не пытаться воспользоваться возможностями предмета — миг вынужденной дезориентации от звукового и болевого ударов может оказаться фатальным.
Отдельным же пунктом шло то, что для работы артефакту требовалось топливо. И если правильно перевёл представшие картинки, то «кормить» ремень нужно Ядрами Зверей. А количество и частота зависят от того, сколько и чего в него сложено, и, конечно, качества Ядер.
Оставалось лишь решить, что из всего перечисленного рассказать Миктлану, а что — не следует. С одной стороны, уже не единожды спасали друг друга, а с другой: сегодня — друг, завтра — враг. Жизнь — штука сложная. У обоих вариантов есть свои плюсы и минусы. Но так и не придя к окончательному выбору, решил возвращаться сознанием в реальность. Пора!
Вновь тот самый миг — со стороны Миктлана слышится звук шумного вздоха, но теперь уже без звона лопнувшего стекла бытия, без ощущения боли. И ничего другого мне не оставалось, кроме как хлопнуть Микта по плечу да сказать:
— Всё, тайна раскрыта. Пошли к столу, расскажу, что к чему, — и приглашающе махнул в его сторону.
Там, рассевшись на свои прежние места, поведал выясненное Светлому. Без утайки — смысла скрывать что-то так для себя и не увидел. По итогу же рассказа Миктлан произнёс:
— Ну и везунчик ты, Власт! Даже не жаль, что не рассказать никому — всё равно не поверят.
— Ха-ха, тут ты прав на все сто, мой друг!
— Раз уж с поясом всё решилось, то пойдём дальше? — по горячим следам предложил Микт.
— Только «за». Но нужно прикинуть, может, что-то уже сейчас закинем в артефакт? И проверим на деле его, и себе жизнь облегчим, — подкинул идей и я.
— А давай! — ожидаемо согласился напарник.
Дальше последовали попытки как-то распределить пожитки наши на нужное, не очень нужное и почти ненужное. Но — справились! И, прикидывая вес, оставшийся у каждого в рюкзаке, мог сказать, что теперь тактически отступать с ним можно гораздо дольше и дальше. Прекрасно!