Я чувствовал эти следы. Слабые, старые, но отчётливые. Выходит, коллекцию прокляли после ее разделения между наследницами. Значит, проклятье появилось позже, когда Рыбакова уже забрала часы себе, а Мещерская получила остальные предметы. То есть после того, как коллекция была разделена, но перед тем, как «потерялась». Не могли стража наложить на каждый предмет после того, как вещички обрели новых хозяев. Таких совпадений просо не бывает. Значит, перед тем как потеряться, предметы кто-то проклял. Мещерская? Или тот, кто хотел обладать коллекцией? Может, Остап Игнатьевич? С его репутацией он вполне был на такое способен. Не зря же Одинцов боялся мести и понимал, что «старый друг» готов на жуткие вещи.
Что, если он хотел заполучить коллекцию и проклял предметы, чтобы хозяйка их в итоге ему продала? Могло такое быть? Да. Но…
Интуиция подсказывала, что копаю не туда. Значит, сама Мещерская. Но зачем? Это был финт в стиле «не доставайся же ты никому»? Возможно…
Я размышлял, хмуря брови, а хозяин дома лишь с любопытством наблюдал за моими поисками истины и терзаниями разума.
Женщина, одолеваемая антикваром, который прибегал к угрозам и шантажу, сама могла в итоге коллекцию продать. И проклясть, чтобы неповадно было. Стоит спросить у Николая, нет ли возможности проверить накладные покойного Остапа Игнатьевича. Если антиквар выкупил проклятую коллекцию, зачем распродал ее по кусочкам? И не умер ли он в итоге от того самого проклятья?
Все это были догадки. Но я человек азартный, так что обязательно докопаюсь до истины.
— Скажите, — подавшись вперед к собеседнику, произнес я, — что вы думаете по поводу защитного медальона. Выходит, что демон, который в нем был заточен, должен был защищать хозяина. Но тот умер. А демон исчез, не оставив почти никакого астрального следа. Как такое в принципе может быть?
Хозяин дома довольно улыбнулся:
— Вы, наконец, начали задавать верные вопросы. Это приятно, — чуть не мурлыча от удовольствия, проговорил хозяин дома. — Ваш пытливый ум должен был привести вас ко мне, и вы просто обязаны были задать этот вопрос. Иначе и быть не могло.
— Вы уходите от ответа или мне показалось? — спросил я, не купившись на лесть.
Он усмехнулся.
— Мне приятно рассказать о своей работе. И хоть вы считаете ее неудачной, раз уж антиквар умер, я вижу, что все отработало как нельзя лучше. Не знаю, что случилось с Одинцовым и что стало причиной смерти, но раз камень треснул, а демон освободился, значит, сработал «протокол ликвидации». Если хозяин мертв, и заточенная сущность не смогла его защитить, то покидает вместилище. От этого и трещина. Задача не выполнена. Но сущности все равно. Защита владельца — не ее цель. Это повинность, которую не хочется выполнять, но надо. И если не вышло — демон получает свободу.
— Значит, охранник вырвался, когда Одинцов умер. Антиквар мог скончаться от сердечного приступа?
— Да. В этом случае дух ничего не может поделать. Это как смерть по естественным причинам. От старости, например. Контракт духа истекает, он освобождается.