Скорее всего, это была обыкновенная погрешность. Хотя некоторые лекари умеют скрывать свою силу. Но это — врождённая способность. Обучиться ей невозможно. Вряд ли Эдвард Шепард обладает такой. А если и обладает, мы это определить не сможем. Не думаю, что он признается, даже если я попытаюсь с ним поговорить об этом.
— Ладно, проехали, — сказал я. — Кстати, Купер, не ожидал, что вы…
— Можно на «ты», — ответил он. — Прости, что перебил, Тендо. Но думаю, что мы уже достаточно хорошо друг друга знаем. Даже слишком.
— Договорились, — согласился я. — Я хотел сказать, что не ожидал от тебя столь быстрого решения. Ты ведь вначале хотел убедиться, что Ханна полностью излечилась от ВИЧ. Но оказалось, что ты умудрился аж на пятом этапе сказать Теодору Гебреусу, что собираешься переехать в Японию. А ведь это был большой риск для тебя. Ты ведь понимаешь, что тебя в итоге могли не допустить в отряд «Двенадцать» банально из-за того, что ты будешь далеко от Австралии.
— Просто у меня было время всё обдумать, пока я ждал своей очереди, — сказал он. — Да и с Ханной разговор выдался… Скажем так, не такой простой, как я думал. Когда я помог ей, она сказала, что позвала меня для последней встречи. Она чувствует сильную вину за то, что изменила мне тогда. За то, что чуть не заразила. Мы с ней попрощались. Больше она со мной не увидится. Однако я убедил её сдать анализ ещё раз и выслать мне результат. Посмотрим, что из этого выйдет.
— Так когда ты прилетишь в Японию? — поинтересовался я.
— Как скажешь! — воскликнул он. — Но до открытия твоей частной клиники мне там точно нечего делать. Сам как думаешь, сколько у тебя времени уйдёт на весь процесс?
— Недели две-три на обучение, чтобы получить ординатуру в сфере «Организация здравоохранения».
— Погоди, что⁈ — воскликнул он. — Я думал, что у тебя уже есть это образование. А каким же ты образом собрался получить его за несколько недель?
— У нас есть платное образование, — сказал я. — «Хиджиката-Медикал». Причём абсолютно законное. А после того как получу его, нужно будет оборудовать здание, нанять сотрудников… В общем, процесс не быстрый. Но я рассчитываю, что управлюсь за месяц, если буду готовить всё одновременно.
— В таком случае буду ждать от тебя весточки, друг, — улыбнулся он. — Ты ведь уже завтра улетаешь, да?
— Да, — вздохнул я. — Конгресс подошёл к концу. Пора домой. Но мы с тобой точно не прощаемся. Буду надеяться, что скоро увидимся в одной клинике. А в рамках проекта «Двенадцать» нам точно придётся часто взаимодействовать. Кстати, подучи японский! Хотя бы на базовом уровне. У нас в стране на английском говорят многие, но далеко не все.
Попрощавшись с Купером Уайтом, я направился в отель. Там меня уже ждали коллеги, чтобы отпраздновать мою победу. Рэйсэй Масаши и Акихибэ Акико тут же набросились с расспросами на тему того, как прошло собеседование и что нам сказал Теодор Авраам Гебреус.
Разумеется, рассказывать им я ничего не стал. Сказал, что нас торжественно поздравили и вручили денежные призы — на этом всё. Единственный из моих коллег, кто не пытался узнать, что рассказал генеральный директор «ВОЗ», это Фукусима Ренджи. Он лишь сдержанно поздравил меня — и всё. И здесь дело не в зависти и не в гордыне.