Из-за облаков снова показалась ярко-желтая луна. Ей все стало ясно.
Если все началось с приложения, ему с этим и разбираться.
«Если он и правда моя родственная душа, то и сам сможет меня найти».
Приведя в порядок свои мысли, Мальгым подняла глаза на Чону и спокойно попросила:
– Можешь для начала меня отпустить?
Под ее напором Чону аккуратно убрал свою руку.
– Коллега, который мне только что написал, – тот, в кого я уже давно влюблена.
– А, вот как.
От внезапной искренности девушки Чону смутился и отвел взгляд.
Сердце Мальгым забилось от тревоги: он сейчас уйдет? И все же она решила разбить возникшую между ними стену и сделать еще шаг навстречу. Иначе победитель этой игры, прошедший путь от удара об дверь до неожиданного поцелуя, будет выглядеть проигравшим.
Мальгым подошла чуть ближе и посмотрела Чону в глаза:
– Если соблюдать очередь, мне ведь нужно сейчас пойти к нему, верно?
Не дожидаясь, что ответит Чону, Мальгым развернулась. Шаг, другой – сердце девушки билось им в такт.
– Подожди!
Когда Мальгым подумала о том, не идти ли ей помедленнее, Чону ее догнал.
– Не знаю, куда ты, но давай я тебя провожу? Ходить одной небезопасно.
«Да!» – воскликнула про себя Мальгым и продолжила идти.
– Куда тебе нужно-то?
Девушка снова никак не отреагировала.
– А тут вот кофе вкусный, может, возьмем с собой, чтобы просто так не идти?
Чону все пытался завязать беседу с твердо шагавшей вперед Мальгым.
Дорогу им освещала ярко-желтая луна. Принцесса, одиноко блуждавшая в желудке чудовища, грациозно выбралась на свободу. Туда, где под светом луны ее ждали рыцари.
Всем, кто ждет родственную душу
От автора
– Мне он все больше нравится, а вот я ему, похоже, надоедаю, – донеслось до меня от соседнего столика. Девушка вздыхала о своем разбитом сердце.
Столики в пабе стояли очень близко друг к другу, и мы с ней сидели практически спина к спине. Слегка повернув голову, я увидела трех девушек лет двадцати пяти. Неумелый макияж в сочетании с аккуратными прическами выдавали в них людей, только начинающих свой путь во взрослой жизни. Одеты они были в подобранные по фигуре костюмы, и у каждой можно было заметить новый прямоугольный портфель.
После слов девушки за их столиком воцарилась тишина, которая перекатилась и к нам. Я сидела в пабе с Минчжу, своей замужней подругой. Ей наконец-то удалось оставить маленького ребенка с мужем и выбраться куда-то из дома. Она в радостном предвкушении объявила, что собирается пить всю ночь и вернуться домой только под утро.
Услышав признание девушки за соседним столом, мы вдруг поддались ее настроению. В безмолвном согласии мы с Минчжу опустили свои пивные бокалы. Спина девушки за мной мелко дрожала, словно она тихонько всхлипывала. Мне захотелось ободряюще похлопать ее по плечу.
Подруги, похоже, решили дать ей выплакаться. Они, потягивая пиво, смотрели в разные стороны. Через некоторое время одна из них протянула ей салфетку, и вскоре рыдания утихли. Тогда все трое встали и молча ушли.
Провожая девушек взглядом, Минчжу вдруг прошептала:
– Иногда я вспоминаю Мэттью.