Когда мы прибудем в Светлоград, я покажу тебе чашу, сделанную печенегами из черепа Святослава — мой прадед с десятком собратьев уничтожил печенежского князя Курю и забрал у него эту чашу. Святослав обладал сакральными знаниями ратоборства ариев. Летописи о нём повествуют как о человеке среднего роста, крепкого, но вовсе не могучего, внешне он мало чем отличался от дружинников. Вёл точно такой же образ жизни: шатров не возил, спал на земле, подкладывая под голову седло. Ел обычную пищу, как и все, нарезая мясо кусочками и поджаривая на углях. А вот в бою князь неузнаваемо преображался: шёл впереди всех и совершенно не берегся, но оставался невредимым, ни сабли с мечами, ни стрелы не брали его. Летописцы говорят, что глаза Святослава метали молнии, которыми он поражал врагов. Устоять не мог никто.
Наши предки поучаствовали в Троянской войне, на подмогу троянцам они приплыли аж на тридцати ладьях. Воином-оборотнем являлся и самый главный персонаж «Илиады» Гомера — Ахилл. Об этом говорит его неуязвимость, которой как раз и славились волкодлаки. И родом Ахилл был из южных славян, среди коих и жили издревле воины-маги. Тогда там они назывались джанийцами. Первое документальное упоминание о них относится к эпохе походов Александра Македонского. В персидских источниках, описывавших сражения при Иссе и Гавгамелах, говорится о непобедимых и неуловимых джанийцах. Возникавшие из небесных сфер, они прорубались сквозь ряды персов, которым сносили головы длинными заостренными когтями, или же вспарывали брюха их лошадям. Прочесав таким образом войско, джанийцы рассеивались как туман. Конечно же никаких небесных сфер не было — обычный отвод глаз, наши предки появлялись словно ниоткуда и это было страшным кошмаром для врагов.
Весьма логично было привлечь лучших воинов себе на службу, это всегда делал Александр Македонский, а затем супервоины русов помогали «завоевателю вселенной» в его победоносных походах. Они стояли на дозоре, бдительно охраняя воинский стан, были великолепными лазутчиками, легко проникали в расположения персидских войск, получая необходимые сведения и устраивая разного рода диверсии. Могли выкрасть не только постовых, но и какого-нибудь военачальника прямо из его уютного шатра. От всего такого персам жизнь мёдом точно не казалась! Участвовали джанийцы и непосредственно в сражениях, но очень своеобразно, используя свои специфические воинские навыки. Например, они затаивались на совершенно открытой местности, а когда приходила персидская конница, то ухитрялись пристроиться под лошадьми и на бегу вспарывали им брюхо. К полному недоумению всадников кони валились, на них налетали другие, ряды наступающих смешивались.
В других битвах русский спецназ разбивался на пятёрки и они устремлялись на огромное скопище персов, проходя сквозь них, как горячий нож сквозь масло: виртуозное владение оружием позволяло им поражать противника, оставаясь самим неуязвимым. Несомненно, подобное требовало огромного выплеска энергии, после чего джанийцы разворачивали коней и скрывались, а в бой вступали знаменитые фаланги македонцев, которым персы уже не могли оказать достойного сопротивления, после учинённого беспорядка в их рядах.