Мирейн водила пером по листу, показывая простенькие символы.
— Я запомнил.
— Шпили и купола храмов, посвящённых любым богам, башни или ворота в город — основные ориентиры. Ищи места на постоялых дворах в городе, откуда они хорошо просматриваются. А вот дворец правителя всегда нужно обходить стороной, даже если это самое высокое строение. Стража рядом с дворцом — бдительнее всего.
— Хорошо, — снова кивнул я.
— Не вздумай связываться с вечными до того, как найдёшь госпожу Ханну или Марака. И не привлекай внимания.
— Кстати, где Ханна? — спросил я.
— Готовится.
Мы обсуждали этот план не первый раз, поэтому я всё успел запомнить. Мирейн говорила, что нужно предусмотреть все возможные варианты развития событий, но сама же повторяла, что реальность умеет удивлять. Что-то обязательно пойдёт не по плану, кто-то погибнет, будет схвачен или сожран демонами. Не стоило сбрасывать со счёта вероятность, что вечные ждут группу с распростёртыми объятиями, потому как светлоликие нас им продали.
Что касается отряда, то Ханна выбрала дюжину сильнейших, десять мужчин и двух женщин. Последних брали исключительно из-за особого таланта влиять на умы людей и демонов. Даже сильнейшие из вечных не могли защитить разум от вмешательства, если всё происходило неожиданно для них.
— Хорошо бы взять с собой Соун И, — сказала Мирейн.
— Мы уже говорили на эту тему, — жестом отрезал я. — Для вечных она ещё большее лакомство, чем Зои. И не только для них. Если попадётся кто-то сильный из старших сект, те же старики из Большой реки. Вдруг они и правда ждут нас по ту сторону.
В комнату заглянула Ханна, посмотрела на нас многозначительно и снова скрылась в коридоре.
— Василий, береги её, — сказала Мирейн, на секунду накрывая мою ладонь своей. — Есть в ней нотка безрассудства. Малеф, пусть его душа будет вечно гореть в серных источниках гор Ракку, всегда отправлял её на самые опасные задания. Мечтал, наверное, чтобы никогда не вернулась. Госпожа Ханна часто занималась с нами, когда я была ещё в младшей группе…
Управляющая дворцом замолчала посуровев. Понятно, что их ненависть к вечным куда больше, чем нелюбовь королевской семьи Первого царства к светлоликим. А королева Амалия готова душить светлоликих голыми руками, едва любой из них появится перед ней.
— Не волнуйся, обязательно присмотрю, — пообещал я. — И прослежу, чтобы глупостей не натворила.
— Госпожа Ханна говорит точно так же, — Мирейн всё же улыбнулась. — Что проследит за тобой, чтобы глупостей не натворил. Раньше она почти никогда не улыбалась. Помню, как мы старались изо всех сил, тренировались до изнеможения, чтобы порадовать. А сейчас, видя её улыбку, на душе становится тепло…
Мирейн оглянулась, затем встала и быстро собрала со стола листы. Прошла к двери, чтобы открыть, пропуская Зои, а сама вышла в коридор.
— Шумно стало в доме, — сказала Зои, проходя ко мне и крепко обнимая. — Очень страшно за тебя. Ива с утра готовится к чему-то, бегает по дому, пишет письма и выглядит так, словно не собирается возвращаться. Ведёт себя как… во время того путешествия, к миру с фиолетовым небом. Язвит…