Среди служанок, прислуживающих Розмари, Джеми была самой старшей. Со дня рождения Розмари она находилась рядом, помогая ей. Если так, то где же Шафран, которая отвечала за трапезы Розмари и старалась угодить ей, льстя и подлаживаясь под ее настроение?
– Леди!
Шафран открыла дверь и вошла в комнату. В руках у нее был чайный набор. Розмари с сияющим лицом посмотрела на нее.
– Ну наконец-то, Шафран! Я уж думала, что не дождусь тебя.
Розмари жестом пригласила служанку подойти ближе. Шафран легкой, почти летящей походкой приблизилась к ней. Она осторожно поставила чайный набор перед Розмари – привычный сладкий персиковый чай и небольшой десерт, которого обычно не подавали. Два хрустящих миндальных печенья. Сладкое лакомство, о котором Розмари так мечтала, – сладкое искушение, билет в страну абсолютного счастья! Розмари сглотнула, чувствуя, как текут слюнки.
Собравшись с мыслями и успокоив дрожь в руках, она сделала глоток персикового чая и тонкими пальцами потянулась к печенью. Розмари чувствовала себя невероятно взволнованной. Как же долго она ждала этого момента! Ее голубые глаза сияли от счастья. С почтительным благоговением, словно принимая драгоценный дар, она осторожно откусила кусочек печенья.
Мягкое! Ореховое, сладкое! Сливочное масло – лучшее! Сахар – лучший! Мука – лучшая! Миндаль – благороднейший орех!
Переполненная восторгом, Розмари вся затрепетала. Джеми и Шафран, сами того не замечая, расплылись в теплых улыбках.
– Вам нравится, госпожа?
– Конечно! Прошло уже целых три месяца, как я отказалась от всех десертов. Как же долго я ждала этого дня.
Джеми с теплотой смотрела на Розмари. Шафран, улыбаясь, произнесла:
– Главное, чтобы она снова не набрала вес.
– Что? – переспросила Джеми.
Понизив голос до шепота, Шафран пробормотала:
– Если мисс опять увлечется сладостями и пустится во все тяжкие, как необузданный жеребенок, она может снова поправиться.
Джеми нахмурила брови. Говорили, что все дурные слухи о молодой госпожи в поместье и его окрестностях исходили именно от Шафран. Джеми с самого начала чувствовала к ней неприязнь. Шафран была милой и довольно симпатичной девушкой, но при этом хитрой и изворотливой, всегда знающей, как добиться своего.
Джеми время от времени задумывалась, почему Розмари держит такую грубиянку подле себя. Но Джеми была слишком предана Розмари, чтобы сомневаться в ее решениях и поступках.
– Ты слишком дерзка с госпожой, Шафран. Ты должна помнить свое место, – сказала Джеми. Шафран надула губы и неохотно ответила:
– Угу.
Розмари, взглянув на пустую тарелку от десерта, улыбнулась. «Все в порядке, я справлюсь!» – подумала она. Без сожаления она подняла чашку чая. Сладкий вкус наполнил рот, смывая последние крошки сладости.
Медленно, смакуя каждый глоток, девушка допила чай. Когда уединенное чаепитие подходило к концу, Розмари перевела взгляд на окно. Небо было невероятно ясным и синим.
– Новогодний бал, – прошептала она.
До имперского новогоднего бала оставалось совсем немного. Голубые глаза Розмари сделались холодными, словно озеро, застывшее в тишине. На ее лице появилось отстраненное выражение. Она бессознательно постучала указательным пальцем по столу.