Орудие «Ямато» — тяжёлая пушка, способная сфокусировать колоссальный объём энергии в единственный разрушительный заряд. Использование её означало: крейсер на несколько секунд оставался без щитов. Рискованно. Но Альфред видел на голо-столе то, чего не видел, вероятно, ни один пиратский командир: их строй трещал. Ещё один мощный удар — и он развалится.
— Разрешаю, — сказал он. — «Армагеддон» — «Ямато» по флагману. «Крестоносец» — по ближайшему тяжёлому.
Голо-стол показал, как носовые орудия обоих «Бегемотов» начинают зарядку. Энергия стекалась к ним из каждого генератора, из каждого реактора, оставляя корабли на мгновение почти беззащитными.
— Заряд — сто процентов. — Огонь.
Два луча чистой разрушительной энергии протянулись от терранских крейсеров к пиратским целям. Луч «Армагеддона» поразил пиратский флагман — тяжёлый крейсер, переделанный из боевого корабля какой-то давней войны, — в центральную часть. Корабль переломился, как сухая ветка, и взорвался изнутри, выбросив облако плазмы и обломков. Луч «Крестоносца» снёс половину пиратского тяжёлого — тот завалился набок, врезался в соседний корвет, и оба погибли в общем взрыве.
Пиратский строй развалился.
Четвёртый час боя стал резней. Без командования, без флагмана, лишённые единого плана, пиратские корабли начали хаотично отступать, отстреливаться, сталкиваться друг с другом. «Армагеддон» и «Крестоносец» методично добивали тех, кто не успел убежать. Викинги и «Миражи» добивали тех, кто пытался.
Альфред считал уничтоженные. Сто тридцать семь. Сто сорок пять. Сто пятьдесят один. Из почти двухсот кораблей уцелело и бежало не более тридцати.
— Доклад о повреждениях, — приказал Альфред, когда последние пиратские корабли исчезли с сенсоров.
— «Армагеддон»: щиты на пятьдесят одном проценте. Потеряны пять орудийных башен, повреждён левый двигатель. Ангар первый — разрушен. Жертв среди экипажа — четырнадцать. «Крестоносец»: щиты на тридцати одном проценте. Пробоины в трёх палубах, потеряны две башни, повреждён генератор щитов второго контура. Жертв — двадцать два.
Четырнадцать и двадцать два. Тридцать шесть человек. Плюс восемнадцать погибших в бою, итого пятьдесят четыре человек. Альфред запомнил каждое имя, которое прозвучало в последующих рапортах.
Но на планете — внизу, на Элизиуме, куда они так и не успели вовремя — были тысячи имён, которым он уже ничем не мог помочь.
Сенсоры засекли их через шесть минут после конца боя.
— Массовые гравитационные возмущения на границе системы, — голос оператора сенсоров снова стал тем самым — тихим и напряжённым. — Сэр… Через него идут корабли. Много кораблей.
— Идентификация? — спросил он.
— Сигнатуры… это корабли Альянса Систем, сэр. Фрегаты, крейсеры, дредноуты. Три флота. Они формируют боевой порядок.
Три флота. Альфред позволил себе секундную паузу — просто чтобы обдумать — и снова выпрямился.
— Открыть канал. Широковещательный. Передайте: терранские корабли «Армагеддон» и «Крестоносец», мы не враждебны, мы вели бой с пиратским флотом. Принимаем любой ответ.