Словно прочитав мои мысли, незваный гость заговорил:
–Ты верно отметила, мы уже давно вместе…
– Что ты имеешь в виду? – я попыталась встать со стула и развернуться, но пришелец с силой надавил мне на плечи, не дав даже сдвинуться с места, и снова, скороговоркой, зашептал, наклоняясь всё ближе:
– Вспомни! Маленькая комнатка, та, что выходила в гостиную, освещённая старинным ночником. Колыбель. Кружевные белые подушки, ажурный вязаный плед… Ты была прелестным младенцем!
Гость делает паузу, а комнату заволакивает дымка. Очертания предметов неумолимо меняются, перенося меня в далёкое прошлое. Некоторое время остаюсь неподвижной, словно в ступоре, снова погружаясь в некогда знакомую атмосферу родительской квартиры.
Я лежу в детской кроватке, в нашей с родителями спальне, так как для отдельной комнаты я ещё слишком мала. Всего каких-то несколько минут назад мама вышла, перед этим пожелав мне спокойной ночи. И вот теперь я одна. Мир замкнулся на нашей спаленке, и мне больше не ведомо, что же там, за её пределами. Есть ли где-то ещё люди? Мама с папой? Или они исчезли, уступив ребёнка ночи?
Через вертикальные перекладины кроватки вижу родительский диван. Он разложен, но накрыт покрывалом, край которого едва заметно покачивается, будто бы от лёгкого ветерка. Это завораживает, приковывает взгляд, гипнотизирует. С каждой минутой амплитуда становится всё больше! Несколько минут, и старенькое покрывало ходит ходуном! А потом и вовсе падает на пол бесформенной кучей.
К этому моменту сердце скачет в груди как обезумевшее! Мне страшно, но отвести взгляд от разворачивающегося действа я не в силах, как ни стараюсь. И словно нарочно, тряпка на полу начинает шевелиться. И снова движение, поначалу еле уловимое, неотвратимо усиливается. Куча растёт, расширяется, возится на одном месте, принимая человеческие очертания. Теперь это фигура! Она разворачивается ко мне, и я с ужасом вижу чужака в моей спальне. Это старик или, может быть, старуха – существо выглядит настолько старым и уродливым, что разобрать точнее невозможно. Оно с головы до пят укутано в старый грязный потрёпанный плащ, в который превратилось наше покрывало, такой же старый, как и его теперешний хозяин. Из разодранного капюшона первым появляется длинный крючковатый нос, вслед за ним замечаю лохматые седые волосы, серую, испещрённую морщинами физиономию.
Фигура подходит к моей кроватке, нависает надо мной, заглядывает прямо в глаза – словно желая сквозь них попасть в душу… Крючковатые длинные пальцы с уродливыми жёлтыми ногтями перебирают перекладины. Меня накрывает волна первобытного ужаса, и я разражаюсь истошным рёвом.
В этот момент в комнату вбегает мама и будит меня. Неужели я спала? И как я могла не заметить, что уснула? И пробуждения тоже не помню… И отчего в этом сне комната была такая настоящая?
Туман рассеивается, выпуская из плена мою сегодняшнюю реальность. Я давно не ребёнок, так что былого испуга нет, но холодок всё же пробегает вдоль позвоночника неприятной волной, отдаваясь в голове внезапным пониманием: