— В прямом. Ты утром завтракал с нами. Мы обсуждали детей, счета, отпуск, мою работу. Ты мог поцеловать меня, написать мне среди дня, вечером лечь рядом. А потом шёл к другой женщине и возвращался обратно.
Чем дольше Марина говорила, тем сильнее давила пальцами на кружку. Она подняла взгляд на мужа.
— Как это у тебя внутри не сталкивалось?
Олег отвёл глаза.
— Я понимаю, как это выглядит.
Марина коротко усмехнулась, но усмешка тут же исчезла.
— После сегодняшней ночи тебе лучше какое-то время осторожнее пользоваться словами «как это выглядит».
Олег закрыл глаза и потёр переносицу:
— Да, я заслужил.
Никакого удовольствия от этого маленького укола Марина не почувствовала. Он сидел напротив, такой знакомый до мелочей, родной ещё вчера, и от этого всё происходящее становилось только хуже.
Олег положил ладонь на стол, будто хотел протянуть её к Марине, но остановился.
— Я не собирался от тебя уходить. Даже не думал об этом.
Она посмотрела сначала на его руку, потом ему в лицо.
— Ты правда считаешь, что мне от этого должно стать легче?
— Я не знаю, что должно стать легче, — он убрал руку со стола. — Я пытаюсь объяснить, что Кристина не была для меня заменой тебе. Я не выбирал между вами.
— А что ты делал?
— Не знаю. Увлёкся. Закрутилось! — Олег развёл руками, словно другого объяснения у него не было.
Марина чуть подалась вперёд.
— Само?
Олег шумно выдохнул, качнул головой и отвёл взгляд.
— Ну конечно, не само. Не придирайся сейчас к словам!
— Я не придираюсь, — Марина отодвинула кружку и выпрямилась. — Я пытаюсь понять, как взрослый человек, который умеет руководить сотней людей и считать деньги на огромных проектах, вдруг обнаруживает себя в ситуации «закрутилось».
— Я сказал неудачно.
— А как удачно?
Олег раздражённо откинулся на спинку стула. Несколько секунд смотрел куда-то мимо неё, затем снова повернулся.
— Никак удачно это не скажешь. Да, я поступил как сволочь. Да, я всё испортил. Но я не жил второй семьёй, не обещал Кристине, что разведусь, не собирался строить с ней дом и рожать детей. Это не было выбором вместо тебя.
Марина медленно придвинула кружку обратно.
— Тогда кем она была?
Он потёр ладонями колени и ответил не сразу:
— Увлечением.
Рука Марины замерла на ручке кружки.
— Увлечением?!
— Я знаю, как это звучит.
— Нет, по-моему, ты не знаешь, — покачала она головой.
— А что я должен сказать? — Олег развёл руками. — Что это была великая любовь? Тебе было бы лучше?
— Может быть, я хотя бы поняла, ради чего ты всё это поставил под удар.
Олег резко выпрямился, что стул под ним качнулся.
— Я ничего не собирался ставить под удар! В этом и есть то, что ты не хочешь услышать. Я не хотел терять семью. Я люблю тебя. Я люблю детей. То, что произошло с Кристиной, для меня не означало, что всё между нами закончилось.
— Для тебя не означало. А я теперь знаю, что ты несколько месяцев приходил домой и вёл себя так, будто ничего не происходит.
— Я не притворялся дома.
Марина медленно отняла руки от кружки.
— Что?
— Я не притворялся, когда разговаривал с тобой, занимался детьми, строил наши планы. Не врал, когда говорил, что люблю тебя. Дома для меня всё было по-настоящему.