«Чего ты боялась, Лара? – мысленно спрашивал Лекс снова и снова. – Что я предам? Уйду, как в прошлый раз? Что разобью твое сердце и сердца девочек? Но я же доказывал тебе снова и снова своими поступками, что останусь с тобой. Защищал вас от врагов, лечил Майю, танцевал с тобой в ресторане и целовал твои губы, такие сладкие… Зачем ты так поступила со мной, Лара? Неужели я недостоин простого счастья? Я ведь так хотел просто создать семью. Семью с вами…»
Лекс устал от шумного бара, который совершенно не отвлекал от мыслей. И вышел на улицу. Прохладный свежий ночной воздух прочистил мозги, заставляя собраться. Не ломаться так, как случилось тогда, когда он потерял Элли. Нет. Ночь словно подсказывала единственно верный путь: не отступать. Бороться за свою любовь и семью так же отчаянно, как сражался в Колумбии с убийцами матери. И одержал верх. Пусть не сразу. Пусть понадобились годы. Но он смог. Справился со всем. Неужели сдастся сейчас?
«Ты же упрямый, Лекс!» – зазвучал в голове голос покойного отца.
Человека, которого Лекс уважал больше всех людей в своей жизни. Такого же смелого военного, сумевшего пройти через боль и потерю жены, осесть среди гражданских и посвятить жизнь воспитанию сына. И сделать из Лекса действительно хорошего и честного человека, которым можно гордиться.
«Ты же помнишь, как мы с тобой учились борьбе? – продолжал голос отца. – Сколько раз ты падал на траву. Но поднимался и начинал все снова. Хотя уже выбивался из сил. Тебе есть за кого сражаться сейчас, сынок. Не впадай в депрессию. Лара – не Элли. Эта битва не безнадежна. Элли полюбила другого мужчину. А насильно мил не будешь. Лара же любит тебя, хоть и не признается в этом. Но ты чувствуешь это, чувствуешь сердцем. Как и видишь по ее поведению, по поступкам. Да, сейчас тебе больно, и ты хочешь уйти. Бросить ее и девочек, в очередной раз начать жизнь заново. Да, так будет легче, но… Станешь ли ты от этого счастливее? Или стоит прислушаться к сердцу и дать Ларе второй шанс? Простить ее… простить себя за всю ту боль, что вы причинили друг другу?»
Лекс обессилено опустился на лавочку в парке и огляделся по сторонам. Редкие прохожие проходили мимо него по каменным дорожкам. Свет одинокого фонаря падал чуть сбоку лавочки, где он сидел, вычерчивая белое пятно. Вокруг была темнота. Сплошная, кромешная. Такая же, как у Лекса в душе. От этой темноты становилось страшно…
Тихо шумели раскидистые деревья над головой. Лекс откинулся назад и посмотрел в небо, пытаясь найти Северную Корону. Звезду, на которую ориентировался каждый раз, когда ему становилось грустно или плохо. Когда опускались руки. Он помнил еще с детства, как мама, держа его на коленях, показывала эту звезду и рассказывала ему, еще маленькому, легенду.
– Ну, что, выведешь меня из лабиринта, Северная Корона? – с улыбкой спросил Лекс, зацепившись взглядом за звезду.
И вспомнил собственный дикий страх за Лару, когда увидел ее в руках Сантьяго. Желание защитить даже ценой своей жизни. Вспомнил то, как отбросив сдержанность, рванулся на врага, словно дикий зверь. Думая только о Ларе… В тот момент ушло все. Боль от предательства той, кого Лекс полюбил заново. Ощущение холода и пустоты в душе. Ушло все, сменившись желанием спасти Лару. И у Лекса это получилось.