– Вот дома и отоспишься! – вставая, гаркнул Лекс. – Как мне доверять тебе охрану людей, если ты окна уберечь не в состоянии?
При мысли, что этот балбес охранял Лару и Майю, очень захотелось выгнать его из «Золотого тигра» пинком.
Вадик покаянно застыл напротив, немного наклонив голову. А потом ткнул пальцем в открытку.
– Что это такое?
– Старые враги решили напомнить о себе, – прорычал Лекс.
В голове звучал голос из прошлого с испанским акцентом. А точнее, вспоминалось то, как Антонио, сидя в кресле, чуть хмурил седые брови и говорил: «Вы спасли мою дочь и зятя, Александр. А наша семья не забывает ничего и никогда. Ни добра… ни зла».
Глава 16
Наутро девочки засуетились, собираясь в школу, и что-то не поделили. Тая в сердцах хлопнула Майю дневником по голове, та завизжала и кинула в ответ смятой бумажкой. А потом еще и прибегла к хитрому трюку всех братиков-сестричек мира:
– Но это мое! Мама, скажи ей!
Я встрепенулась, понимая, что уже слишком долго взбиваю венчиком тесто на блины.
– Что случилось? – прозвучало немного отрешенно.
– Этот пенал – мой! Он с феечками!
– Жадина-говядина, – Тая показала язык и замахнулась снова, но Майя увернулась.
– Так! Не драться! Вы же сидите вместе, так пусть будет общий! – предложила я.
Вариант явно не понравился ни одной, ни второй. А мне пришла мысль, от которой миска с тестом чуть не вывалилась из рук. «Сидите вместе». А еще я вместе их веду в школу! Как выяснилось, мимо охраны, приставленной Лексом.
Миска с будущими блинчиками тут же отправилась в холодильник.
– Планы меняются, – я улыбнулась девочкам как можно милее. – Можете сегодня просто поесть хлопья! Или бутерброды с вареньем!
– Так сладкое же – не еда? – попыталась подловить меня Тая.
– А сегодня праздник! День тигрят, вот! – выкрутилась я.
Она смерила таким взглядом, словно сегодня день душевнобольных родителей. Но я уже ускакала звонить Раде. Она, как назло, не взяла трубку. Пришлось тащиться вниз и стучать в дверь.
В итоге, я прервала сеанс гадания. Точнее, рыданий великовозрастной тетеньки, рассказывающей, что никак не найдет себе мужа из-за родового проклятья.
– Лара, давай быстро, – прошипела Рада, держа меня в прихожей. – Я с нее это проклятье еще полгода снимать могу, ты ее лицо видела?
Я видела. Зареванное и оттого вконец убеждающее, что проклятье – родовое. Генетика и ДНК называется. Тетенька в дверном проеме уткнулась распухшим носом в салфетку, решив потратить свободную минуту на то, чтобы оплакать свою судьбинушку.
– У меня проблемы! – понизив голос, быстро-быстро заговорила я. – Возле дома… скажем так, коллеги Лекса. Долго объяснять! Нужно вывести девочек по одной!
Скрестив руки на груди, Рада смерила внимательным, чуть строгим взглядом. Губы неодобрительно поджались.
– Может, еще с балкона их спускать? По связанным простыням? Ты заигралась, – вздохнув, она покачала головой.
– Я понимаю, звучит по-идиотски! Но никто ничего не заметит! – заверила я, приложив ладонь к груди. – Просто выведем с разницей минут в десять. Сначала я – Таю, потом ты – Майю. Ну, или наоборот.