Та не обратила особого внимания на меня и уткнулась в смартфон, снова чихнув.
– Нету принцев никаких, – заявил мой ребенок. – И Деда Мороза нету. Так в Инстаграме пишут!
– А ну, брысь оттуда! Из Инстаграма! – я схватила Майю и сжала ее в объятиях так крепко, что она запищала. А потом защекотала ее.
Через десять минут я уже сидела в комнате Таи и занималась банальным подкупом.
– Солнышко, ну, помнишь, ты хотела те краски? Дорогие такие, красивые… Давай ты сходишь на встречу с Лексом, притворившись, что ты – Майя, и мы потом пойдем и выберем…
– С тем дураком? – сморщила нос Тая. – Я не хочу! Он тупой!
– Лекс тупой? – подвисла я, услышав такое определение Лекса. Уж тупым его сложно было назвать.
– Ага, – Тая замкнулась в себе и отвернулась, отказавшись дальше продолжать тему.
Я выждала паузу. После недолгого молчания Тая сдалась:
– Ладно, схожу на встречу, уговорила. Только не буду надевать всякие девчачьи платьица с рюшами!
– Надевай все, что угодно, – выдохнула с облегчением я и, поцеловав дочь в щеку, вышла из комнаты.
Зря я расслабилась. Потому что на следующее утро пунктуальный Лекс позвонил мне и сказал, что через десять минут подъедет. Я вошла в комнату Таи, проводив Майю к Раде, и опешила. Моя дочка стояла посреди комнаты в художественно изорванных джинсах и в измазанной красками футболке. А времени переодевать ее не было. Да и, судя по горящему взгляду Таи, у меня бы это не удалось.
– Это акт протеста против меня или против него? – осведомилась я, на скорую руку причесывая волосы дочери.
Судя по тому, как она хмыкнула, акт протеста был против обоих.
– Он только все портит! – прошипела Тая, но я не успела узнать, что именно, так как смартфон в моем руке завибрировал.
На экране высветился номер Лекса.
– Приехал, пошли скорее!
Я схватила Таю за руку, и мы быстрым шагом сбежали вниз по лестнице. Я начинала бояться этой встречи…
– Какая классная футболка! – Лекс удивил меня, встретив нас с Таей такими словами.
Светлые выгоревшие брови дочки взлетели вверх.
– А мне такую сделаешь? – спросил он.
Тая что-то промямлила, но я увидела, как ее глаза загорелись.
– Ладно, вернемся к этому вопросу позже, – Лекс тоже заметил огонек в глазах дочери и лукаво улыбнулся мне.
– И куда же мы поедем? – осведомилась я, усаживаясь с дочкой на заднее сидение.
– В магазин. Сначала оденем дочку, а потом маму.
– Про маму забудь, – резче, чем нужно, проговорила я.
Лекс тихо вздохнул, и я мысленно посочувствовала мужику. Это ж сколько терпения надо иметь, общаясь со мной? В принципе, с Таей в ее настроении тоже. Это Майя у нас девочка-девочка и обожает платьица. А Тая – из тех, что покусает, если ей будут навязывать что-то. Но ладно, кто я такая, чтобы идти против бывшего тайного агента? Лекс же у нас невероятно крут? Вот пусть и справится с одной маленькой девочкой в магазине одежды…
Я переоценила Лекса. Тая устроила в магазине настоящий цирк, решив, что убегать от меня и прятаться среди вешалок с одеждой – это хорошая идея. Я подозревала, что дочка делала это специально, чтобы ее не заставили мерить платья. Бутик детской одежды выглядел, как больничная палата: высокие потолки, светлые стены, мраморный пол, по которому Тая с удовольствием прокатилась на самокате. Продавщицы синхронно переглянулись, я вспыхнула от стыда. Лекс поднял брови, но промолчал, подходя к продавщицам. Его профессиональная улыбка «золотого мальчика» ослепила даже меня. А то, как он ловко заговорил про возмещение ущерба, успокоило продавщиц.