Журналы — ну конечно! В здешних военных гарнизонах, как и на кораблях, принято вести журналы записей обо всём важном, что случилось за день. Я сама была свидетельницей того, как Элион внёс отметку о ритуале призыва истиной в журнал. Они хранятся в кабинете лорда, но, наверное, самые свежие. А те, которым уже много лет, скорей всего, перемещают в какой-нибудь архив.
Мне нужно туда попасть!
Казалось бы, можно махнуть рукой на то, что там однажды случилось с Хавьером. Меня это не касается, я вообще собираюсь смыться отсюда. Но вдруг информация о слабостях лорда-Хранителя как-то мне поможет?
Но, как время ни тяни, а идти обратно в покои Хавьера мне пришлось. Убирая останки несчастного цингола, который пал жертвой дружелюбия Лавы, я и так немало устала, но оставлять вещи лорда неразобранными до завтра не рискнула.
Он и так сегодня едва меня не спалил вместе с одной вонючей кучкой, а что будет, если разозлить его чуть сильнее? Всё-таки моё положение ещё слишком шаткое.
Поэтому я вновь поднялась в покои Хавьера и со вздохом оценила груду чемоданов, которые, несмотря на все утренние потрясения, лежали незыблемым нагромождением и с укором смотрели на меня всеми своими заклёпками.
Ну что ж… Хочет порядка, наведу ему порядок, чтобы и носков потом не нашёл.
Закатав рукава, я принялась за разбор багажа. И с удивлением обнаружила внутри немало гражданской одежды! Зачем ему столько в военном гарнизоне, если здесь все ходят в форме?
Да, мундиров у Хавьера, весьма богато украшенных, я уже насчитала несколько штук, но эта одежда предназначалась скорее для выходов в свет. Похоже, долгое время, как раз до возвращения в Медный Заслон, лорд блистал в высшем обществе!
Представляю, какой эффект он производил на каких-нибудь утончённых аристократок… Полагаю, многим пришёлся по вкусу этот невыносимый рыжий дикарь.
Подумав об этом, я почему-то разозлилась и сначала даже швырнула один из дорогих сюртуков в шкаф прямо так, без плечиков. Но затем спохватилась и развесила его как надо.
Что это со мной?
Наверное, он просто настолько сильно достал меня за эти несчастные два дня, что одна даже мысль о нём вызывает немедленный прилив желчи и гнева. Даже давление повышается так, что кровь стучит в висках. Ну его!
Я постаралась больше не думать о том, чьи это вещи и просто развесила и разложила их по местам. И уже в самом последнем чемодане на дне обнаружила небольшую квадратную шкатулку из какого-то очень дорогого на вид дерева. Наверное, там что-то ценное, и она заперта…
Но я не могла не попробовать открыть её — и выяснилось, что коробочка вполне легко открывается, нужно только поддеть крошечный рычажок ногтем.
А внутри лежал крупный, золотой на вид кулон, в центре которого был закреплён удивительный камень, похожий на янтарь, только чуть более красноватый. А пламя внутри него буквально текло и переливалось, как живое!
Я осторожно коснулась центра красиво огранённого кристалла, решив, что он, наверное, горячий — но тот оказался прохладным и гладким, как, собственно, любой другой драгоценный камень. Единственный эффект — подушечку пальца пронзило чем-то вроде крошечного электрического разряда.