ГЛАВА 2
Изабелла
После долгого горячего душа и чашки чая я наконец могу осмотреть свою новую квартиру. В ней всего одна комната, кухня и ванная. И хотя я привыкла к роскоши, эта квартира мне очень нравится. Она принадлежит мне, а этот факт меняет абсолютно всё.
В одном полотенце, с мокрыми волосами, я расхаживаю, рассматривая каждый предмет мебели. Стены выкрашены в оливковый тёплый цвет, мебель в светлых тонах. Ощущение тепла и уюта витает в воздухе. В комнате есть диван, телевизор, небольшой шкаф. Открываю его, рассматривая свои вещи. Джинсы, брюки, платья, юбки, куртки, пальто. Всё это выглядит безусловно очень… дорого и пафосно. Тай, кажется, перестарался. Но я всё равно улыбаюсь, проводя рукой по каждой вещи. Он хорошо знает мой вкус и точно помнит, что я не люблю слишком простую одежду.
В комнате есть также журнальный столик из стекла, пушистый ковёр, в котором утопают ступни, и небольшой стеллаж, набитый русской классикой. Я мечтательно провожу пальцами по корешкам книг. Мой взгляд пробегает по ним, читаю имена авторов, Лев Толстой, Фёдор Достоевский, Иван Тургенев и в самом конце «50 оттенков серого». Господи. Я издаю смешок, задумываясь, каким образом на полку попала эта книга. Может, Тай просил купить её. Неважно как, важно то, что содержимое этой книги оскорбительно для всей полки русской литературы.
Продолжаю обход квартиры и останавливаюсь у большого подоконника. Он слишком просторный и идеальный для моих растений и небольших исследований. Решаю вернуться к нему позже, все равно у меня с собой ничего нет.
Подхожу к столику, я оставила его напоследок. Здесь лежат наличные, а если быть точнее, то пятитысячные купюры, новый айфон, документы в университет и кредитная карта на имя Павла. Я сразу включаю «Заметки» на телефоне и записываю напоминание, купить подарок Павлу и Вике, потому что они сделали прекрасную работу. Я и представить не могла, что в России у меня будет готовый фундамент для жизни.
Боже, пусть Роман не заподозрит ничего в ближайшее время и даст мне фору. Пусть он задержится на поиске виновных в смерти нашей сестры. Когда я уезжала из Нью-Йорка, мой брат отсутствовал дома уже больше двух месяцев, доверив ведение дел своему помощнику Марку. Неизвестно сколько времени займут поиски, но пока они с Колей как с цепи сорвались, пытаясь найти всех виновных, я намерена сосредоточиться на себе.
Достаю из рюкзака рамку с фотографией. На ней я, Лина и Роман. Мы были в Джерси, гуляя на пляже, в наш редкий семейный день. Моя сестра здесь такая красивая. Она улыбается, освещая своей улыбкой всю прибрежную зону в тот хмурый день. А Роман… он, как и всегда, сама угрюмость. Суровый взгляд просачивается даже через фотографию.
Улыбка трогает мои губы. Я представляю, как Лина визжала бы от восторга из-за моей поездки в новую страну.
Рома, прости меня. Я эгоистка, знаю, я бросила тебя. Надеюсь, ты простишь меня когда-нибудь. Я вернусь домой, обещаю. Просто дай мне немного времени зализать свою рану.
Господи, те, кто придумал фразу «время лечит», чистейшие лгуны. Потому что время не лечит. Легче не становится.