Одна широкая ладонь Михаила намертво впивается Дане в воротник его рубашки, сминая ткань, а вторая аккуратно, но железной хваткой перехватывает его за запястье и слегка выворачивает назад.
Даня жалобно вскрикивает, приседая на цыпочки.
- Руки при себе держи, суслик, — не повышая голоса, ровно произносит Михаил, глядя мужу прямо в глаза. — Вещи твои Мария Александровна упакует сама. Завтра не раньше десяти утра заберешь их у консьержа внизу. Появишься здесь до этого времени, лично закатаю тебя в стяжку пола на объекте напротив. Вопросы есть?
Даня судорожно мотает головой, хватая ртом воздух, как выброшенная на берег рыба.
Его боевой запал испарился без следа.
- Вот и умница, — Михаил брезгливо разжимает пальцы, и Даня мешком оседает на пыльные ступеньки. — Свободен, иди полощи рот молоком.
Даня поднимается, бросает на меня полный ненависти взгляд.
— Строишь из себя оскорбленную женушку! — выкрикивает напоследок. — А сама…сама уже мужика в дом притащила! Да ты…ты еще пожалеешь!
Шипит еще что-то нечленораздельное себе под нос и, спотыкаясь, пулей несется вниз по лестнице.
Хлопает входная дверь подъезда.
Наступает благословенная тишина.
Прислоняюсь к косяку, чувствуя, как адреналин медленно отпускает тело, оставляя легкую слабость в коленях.
Глава 5
— Договорились, — тихо отзываюсь, бодрюсь, но чувствую, как предательски подрагивают кончики пальцев.
Улыбка держится на лице только за счет упрямства, но внутренний стержень начинает опасно гнуться от перегрузки.
Михаил мгновенно улавливает эту перемену.
Он ведь только с виду кажется прямолинейным увальнем с перфоратором наперевес, а на самом деле оказывается тем, кто сканирует людей почище рентгеновского аппарата.
Его карие глаза теплеют, насмешливый огонек гаснет, уступая место взрослому пониманию.
Он аккуратно перехватывает тяжелый ящик с инструментами в другую руку, бросает беглый взгляд на распахнутую дверь квартиры и делает шаг к лестничному пролету.
- Знаете что, Мария Александровна… — спокойно произносит он. — Сбор мужского барахла — это дело интимное. Я, пожалуй… спущусь вниз, посижу в машине и подожду вас во дворе. Заодно пару звонков по объекту сделаю, чтобы мои орлы там плитку криво не положили. Вы не торопитесь…полчаса, сорок минут… сколько потребуется. Замок поменян, никто сюда больше не войдет, кроме вас, без спроса. Как нужно будет мешки вынести, наберите меня.
Он достает из заднего кармана визитку и протягивает мне.
Смотрю на него снизу вверх и чувствую, как к горлу подкатывает волна щемящей благодарности.
Господи, да откуда он взялся такой чуткий?
Не лезет с неуклюжим сочувствием, не топчется сапогами по моим разбитым надеждам, не навязывает свое присутствие в момент, когда женщине нужно просто побыть наедине со своим пепелищем.
Потому что упаковывать семь лет совместной жизни в мусорные пакеты на глазах у едва знакомого привлекательного мужчины это выше моих сил.
- Спасибо, Миша, — искренне благодарю, не пытаясь больше казаться железной леди. — Правда, это очень… вовремя. Я постараюсь побыстрее.