Женщина тем временем извлекла из кармана портсигар и зажигалку. Неспеша прикурила, а затем вдруг резко ткнула горящей папиросой под острую лопатку мальчика.
Сережка невольно вскрикнул, и получил кулаком в нос. Потекла слабенькая юшка. А женщина-змея прошипела:
— Рассказывай нам быстрее, где еще у вас связной, какой у подполья пароль?
Мальчик крикнул во всю глотку:
— Все равно я вам ничего не скажу! Никогда не скажу!
Женщина жестко приказала:
— Тогда на дыбу его!
У Сережки уже были связаны за спиной руки, и помощник палача грубо толкнул мальчика. Несколько венгерских баб на своем языке сочувственно проверещали:
— Ой! Ой! Он же совсем ребенок!
— Совсем голенький на морозе….
— Неужели его пытать будут!
Сережка не знал венгерского, но неплохо научился понимать немецкий — иначе какой он разведчик, если не знает языка вероятного противника! Но это он, разумеется, перед захватчиками скрыл, и старался казаться глупее, есть. Один из малорослых помощников палача, сбил маску и вынужден был её снять. Сережка присвистнул от удивления. Совсем еще девочка, со светло рыжими волосами, заплетенными в тоненькие косички, оказалась в составе плотоядной команды.
Юная немка, перехватив взгляд мальчишки, показала язык и прошипела, на немецком языке:
— Я сильная! Я буду ломать и выламывать тебе раскалёнными щипцами косточки!
Сережка бросил взгляд на щипцы и побледнел. Если от маленького огня папиросы, так мучительно и противно ноет под лопаткой голая кожа, то будет, когда его тела коснется пахнущее адом красное железо?
Женщина-офицер приказала лающим тоном:
— Вздернуть мальчишку на дыбу!
Девчонка-палач, не одевая маски, очень ловко накинула на прочную веревку, что связала юному разведчику руки крюк. Другой более массивный, в черной маске помощник палача, с помощью крутящегося приспособления потянул цепь, к которой лепился крючок.
Гибкий, как акробат Сережка, почти не ощутил боли, когда его руки взмыли вверх, а плечи прокрутились на дыбе. Ведь, разумеется, разведчик имел большой опыт лазания в форточки, по трубам дымохода, и даже брал уроки у циркачей. Однако помощница палач проявив не девичью силу, ловко накинула на босые ноги мальчика колодку и с крепко защелкнула замки.
Судя по гримасе ей, не смотря на сноровку — было тяжело нацепить колодку, а в плечах и связках мальчишки, чей вес вырос более, чем в два раза стрельнуло болью. Теперь началась настоящая пытка.
К мальчишке-разведчику пошла молоденькая медсестра в белом халате и в резиновых перчатках. Она положила руку напротив сердца мальчика и прослушала пульс, затем улыбнувшись с изуверской радостью сообщила:
— У него очень крепкое сердце, может многое вынести!
Женщина-офицер по-русски прошипела:
— Говори пароль!
Сережка, вспоминая мальчишка-Кибальчича, которого, наверное буржуины тоже вот распяли голого на дыбе и требовали выдать самую главную тайну, добавил себе мужества. Как ни странно, но реальная боль подавляла страх и давала силы сопротивляться гитлеровской мерзости.
Матушки-России
Женщина, которая уже много раз присутствовала на допросах, и совершенно утратила всякое подобие совести и жалости, лаконично приказала: