Глава 23 Ретроспектива 1
«Испытывать давление со стороны своих врагов лучше, чем находиться в состоянии, когда враги не считают нужным утруждать себя этим.»
Из высказываний Мао Цзэдуна;
Ужасное дитя лезло на звуки голосов и улыбалось. Из доносившегося разговора оно поняло, что, чуть ранее, люди наверху планировали помочь отцу. Для чего сотворили портал и даже собрали армию. К сожалению для них, но не для самого ребенка, разразившаяся катастрофа спутала все карты. Солдаты погибли, а несколько выживших решали, что делать дальше.
Беседа незнакомцев вертелась возле этой темы по кругу. Обсуждение то возникало вновь, то затухало, его вели в основном два парня и девушка. Остальные молчали, но страшный ребенок ощущал их присутствие. После недавнего сытного «обеда» чувства резко обострились, а сил и ума прибавилось. Пожирание оторванной руки Нефритового Императора, остатков погибших квазаров и сукровицы Короля Мясника пошло на пользу. Кто ещё смог бы отведать и усвоить подобные «деликатесы»?
— Аррр?- негромко и вопросительно взрыкнуло дитя, которое ещё не избавилось от давних привычек.
Ведущий кверху лаз раздвоился. Правое ответвление вело к голосам, а из левого валил одуренный запах силы.
— Глоть!- сглотнуло дитя набежавшую слюну.
Оно колебалось. Недавняя трапеза едва не доконала ребенка. Несмотря на это, сомнения не продлились и минуты. Решительно, страшное дитя полезло в левый лаз. Ненасытный живот вновь заурчал, а ноздри раздулись в предвкушении нового пира.
— Хммм… — хмыкнул ужасный ребенок, когда вылез из пролома в полу.
Он очутился в неизвестном, но очень красивом помещении. По центру просторного зала стояла мраморная фигура, высотой чуть больше трех метров. С постамента пристально взирал средней комплекции мужчина, в военном френче и с короткой прической, открывавшей высокий лоб. Его внешность была довольно обычной, но поза и выражение лица излучали властность.
— Бум!- ударило ужасное дитя себя в грудь, показывая, кто здесь главный.
Естественно, статуя не ответила. Тем не менее, страшный ребенок решил закрепить лидерство. С огромным удовольствием, он исцарапал гравюру, изображенную на стенах. Вандалу было невдомек, что это — уникальное произведение искусства, работа известного художника Сюй Куана, под названием «Родина». Ребенка просто разозлили напыщенный вид статуи и пасторальный пейзаж с людскими фигурками на нем.
— Вот так,- довольно выдохнуло дитя, в конец исполосовав гравюру.
Затем, оно покинуло Северный зал* и направилось в Зал посетителей. Само собой, ужасный ребенок не знал этих названий. Также, ему было невдомек, что мавзолей Мао Цзедуна — один из самых уважаемых памятников китайской культуры. С довольной миной на морде, страшное дитя последовало в направлении притягательного запаха. Уже через пару минут, белесые зрачки рассматривали хрустальный гроб, в котором лежали останки председателя Мао Цзэдуна, одетого в серый костюм и покрытого китайским ярко-красным коммунистическим флагом.
Давно мертвый мужчина выглядел сердито. А ещё, над ним кружилась ярко-алая сфера, наполненная муками и страданиями. Тысячи людей умерли сегодня неподалеку. Их посмертный гнев почти разбудил мумию. Старый вождь был готов восстать, чтобы покарать обидчиков своего народа. В прежнем мире такая ситуация была немыслима. В новом — в порядке вещей. Тем паче, что это было особое, сакральное место. Миллионы граждан приходили сюда прежде, чтобы отдать дань памяти и уважения великому человеку. Плохому или хорошему, это другой вопрос, но великому — несомненно.