Но при этом даже у меня, далёкого от всяких компьютерных дел человека, при взгляде на всё это, где-то глубоко в подкорке моментально появлялось понимание того, что всё это нужно. Всё это важно. Всё это здесь не просто так. И, конечно же, для Кайто всё это имеет какое-то особенное значение. Каждая из этих железок это не просто хлам, достойный занять место лишь на свалке, нет. За каждой из этих железок, за каждым из этих проводков скрывается целая история, интересная или не очень, загадочная, запутанная, или наоборот — простая и даже, может быть, весёлая. Вот та же самая голова робота, которая при более детальном рассмотрении оказалась чем-то вроде крупного навороченного лидара — вот что он тут делает? Может быть, азиат собирался препарировать эту технологию, чтобы изучить её работу? А после того, как поймёт, сделать, например, уменьшенную копию этой технологии, чтобы поставить её на Вики? Ту самую технологию, с помощью которой он помог нам обнаруживать невидимок Макоди?
А навигационная система от рейдера ему для чего? Даже не вся система, а только лишь её кусок, который отвечает за обработку информации с внешних датчиков корабля?
Это, по сути, просто очередной процессор, очередной контроллер с достаточно узким функционалом, и на тебе — лежит тут, прямо на кресле с порванным подлокотником (порванным, кажется, острым кронштейном этой же самой системы). И от него тянутся и уходят куда-то назад, за кресло, пучки проводов, подключённые к выводам.
Серьёзно, почему-то было стойкое ощущение, что если взять хотя бы за один провод, что тут и там торчали из устройств, вились по полу, и даже свисали с потолка, и потянуть, в надежде найти конец, то ни хрена не получится. Один провод потянет за собой другой, тот — третий, и так далее, заставляя двигаться по ним, как паук — по паутине… С той лишь разницей, что это чужая паутина, и новому «пауку», то есть мне, она вряд ли будет рада.
А ещё почему-то казалось, что где-то есть какой-то мастер-выключатель, если можно его так назвать, который контролирует всю эту «сеть». И, если Кайто его нажмёт, то всё это моментально придёт в движение, засверкает разноцветными лампочками как праздничный фейерверк и загудит десятками вентиляторов.
Но Кайто никакого выключателя так и не нажал. Он так и швырялся где-то там, в дальней комнате небольшой двухкомнатной квартиры, оставив нас троих в коридоре обозревать всю эту невероятную сеть и бояться сделать даже шаг, чтобы всё это не сломать.
— Никогда не видел ничего подобного, — тихо произнёс капитан, шальными глазами осматривая окружение. — Помнишь наш разговор о том, что Кайто не шизофреник?
— Угу, — только и смог ответить я, глядя на помалкивающую Кори.
— Я уже в этом не уверен, — признался капитан, и тут из комнаты, где скрылся техник, раздалось ликующее:
— Эврика! Я знал, что она тут!
В комнате раздался грохот, словно что-то упало, потом тихое шипение, будто что-то откуда-то потекло, и наконец Кайто вышел в коридор. В руках у него было что-то похожее на шлем от скафандра…
Стоп, это и был шлем от скафандра! Старого жёсткого скафандра, чуть ли не времён Великого Патча! Только вот осталась от него буквально одна лишь «скорлупа», а вся начинка явно была заменена руками Кайто, да так плотно набита, что уже и речи не шло о том, чтобы в эту мешанину плат и проводов пролезла хотя бы чья-то голова! И это всё не говоря уже о том, что даже снаружи на шлем было налеплено несколько дополнительных плат и антенн, как будто Кайто собрался с его помощью искать пришельцев, которых, как известно, не существует.