Кетрин обвела экипаж тяжёлым взглядом, а Кайто едва слышно пробормотал:
— А я что, я ничего, я даже не имел в виду…
— Я знаю, кто организовал атаку на наш дворец, — продолжила Кетрин, не обратив внимания на сказанное. — Я знаю их всех поимённо, и в лицо. Их знают все на Даллаксии, потому что они — это та самая часть семьи Макоди, что держит власть. Андерс Макоди. Вик Макоди. Честер Макоди. Альтер Макоди. И их отец, нынешний патриарх рода Джон-Девис Макоди. У Макоди строго патриархальный уклад, и женщины там находятся где-то посередине между станком по производству детей и досадной обузой, на которую приходится тратить деньги, зато мужчины возведены в почти что божественный ранг. Сами Макоди считают, что именно это делает их настоящими правителями Даллаксии, ведь только они, по их мнению, способны воспитать настоящего короля. И, кстати, идея с мальчиком-королём в своё время тоже была предложена ими.
— Пять человек — это, конечно, уже не тридцать… — задумчиво произнёс капитан. — Но почему ты думаешь, что виноваты все пятеро?
— Виноваты в чём? — переспросила Кетрин. — В нападении на мой дворец? Я не уверена. Нет у меня уверенности, откуда ей взяться? Я даже больше скажу — я готова поспорить, что никого из перечисленной пятёрки не было в составе тех сил, что штурмовали наш дворец. Что им делать в такой мясорубке? Но знаете, что я знаю точно? Я совершенно точно знаю, что если кто-то из них останется в живых, то он попытается отомстить мне снова. А я этого допустить не могу. Не теперь.
И Кетрин осторожно поправила свёрток в чистой свежей пелёнке, явно пожертвованной Пиявкой.
— Месть за месть, око за око… — задумчиво проговорила Кори. — Так можно и до второго Большого Взрыва друг другу мстить.
— Можно! — согласилась Кетрин. — Но только не в случае, когда мстить больше некому будет. Женщины Макоди не станут этим заниматься, я это знаю. Назвать их положение в семье рабством, конечно, язык не повернётся, но… Они не сильно расстроятся, скажем так.
— Пять человек… — задумчиво произнёс Магнус, барабаня пальцами по подлокотнику кресла. — Это всё равно много. Одно дело — уничтожить того, кто по тебе стреляет или пытается взять на абордаж, и совсем другое — спланировать хладнокровную операцию по устранению ничего не подозревающих людей… Пусть даже они и мудаки. Нам-то лично они ничего не сделали…
Магнус обвёл всех на мостике взглядом и удивлённо понял брови:
— Или нет?
Из-за его кресла раздалось шуршание, и на свет выполз кометик, который до этого, по ходу, спал за постом хозяина. Он сел, обвил длинным хвостом лапы и тоже уставился на экипаж с любопытством, словно тоже, как и хозяин, хотел услышать ответ.
— Ой! — с лица Кетрин моментально слетела маска жёсткости и жестокости. — Это кто такой?
— Это… — Магнус растерялся. — М-м-м… Мой питомец, вот!
— А как его зовут? — Кетрин с любопытством посмотрела на Магнуса, и тот растерялся окончательно:
— Э-э-э… М-м-м… Гектор! Его зовут Гектор!
От входа раздался тихий смешок Пиявки, вернувшейся как раз вовремя, чтобы застать эту забавную сценку, но, перехватив мой взгляд, она резко посерьёзнела и сделала жест, как будто закрывает рот на замок.