– Двадцать пять процентов – это как раз те деньги, которые мне нужны, – заверил Инглиш. – Пора мне уже посмотреть мир. Хочу путешествовать. А потом, когда мне наскучит путешествовать, я возьмусь за что-нибудь еще. Знаешь, Сэм, лучшие дни моей жизни были тогда, когда я только пытался добиться успеха. И теперь я хочу попробовать вернуть часть той радости, какую испытывал в те времена. В любом случае обо мне не переживай. Подумай лучше о моем предложении. Если ты не захочешь, придется мне искать кого-то еще. Я уезжаю. Я твердо это решил.
Крейл поднялся со стула.
– Хорошо, я подумаю. Подозреваю, что соглашусь. Представляешь, сколько я сэкономлю на услугах адвоката?
Инглиш засмеялся:
– Ничего ты не сэкономишь. Если сам станешь заниматься правовой работой, то будешь сам себе платить достойный гонорар. Но ты сможешь зарабатывать кучу денег при таком раскладе, Сэм.
– Ага, – отозвался Сэм, производя в уме подсчеты. – Похоже, смогу. Дай мне время до завтрашнего утра, Ник. Тогда я скажу тебе ответ. Хочу сначала посоветоваться с Хелен.
– Конечно, никакой спешки нет, – заверил Инглиш. – Мне предстоит многое сделать до того, как я уеду.
Под конец дня к нему заглянул Эд Леон.
– Подумал, надо тебя навестить, посмотреть своими глазами, как ты тут выздоравливаешь, – пояснил он, пожимая Нику руку. – Мне пора обратно в Чикаго, и я прямо сейчас уезжаю. Я ведь больше ничем не могу тебе помочь?
Инглиш качнул головой:
– Наверное, уже нет. Спасибо тебе за все, что ты сделал, Эд. Получишь чек, как только я доберусь до своего письменного стола. А мы ведь неплохо справились с этим грязным делом, верно?
– Угу. Видел бы ты рожи копов, когда Лоис пришла к ним с магнитофоном. Она ведь тоже неплохо потрудилась, правда?
– Еще как неплохо. Не понимаю, почему она до сих пор не пришла проведать меня. Кажется, весь город уже побывал, кроме нее. Чем она, черт возьми, занимается, Эд?
Леон усмехнулся:
– Ну ты даешь! Кто же, по-твоему, ведет твои дела, пока ты тут нежишься в кровати? Ты что, забыл, что сегодня вечером стартует твое новое шоу? Лоис пашет двадцать четыре часа в сутки, чтобы все прошло успешно. Бедной девочке даже носик некогда попудрить.
– Да к черту новое шоу! – раздраженно произнес Инглиш. – Кому до него есть дело? Я хочу ее видеть!
– Она придет. Она говорила что-то насчет заглянуть к тебе вечером перед тем, как ехать в театр. Ты должен быть благодарен. Эта девушка делает тебе состояние.
– Да, хорошо, – хмуро отозвался Инглиш. – Но пора ей уже оставить этот рабский труд.
– Да я твержу ей об этом с первого дня знакомства, только она не слушает, – сказал Леон. – Ладно, мне пора идти. Скоро увидимся, дружище, не переживай ни о чем. В последнее время тебе хватало потрясений.
Когда он ушел, Чак осторожно спросил:
– Это правда, что вы уезжаете, босс?
Инглиш поглядел на него и широко улыбнулся:
– Правда. Мне теперь предстоит большая работа. Работа, которая будет отнимать почти все мое время. То, на что я должен был решиться уже много лет назад.
Чак широко открыл глаза:
– А для меня там что-нибудь найдется, босс?