Его взгляд скользнул к моей перевязанной руке.
— Позвольте теперь взглянуть на вашу рану, — произнес он. — Я должен убедиться, что это действительно тени, а не иная напасть.
Я невольно прикрыла ее ладонью и кивнула. Лекарь подошел и быстро размотал повязку, обнажив порез с немного покрасневшей вокруг кожей.
Капитан Астервейн подошел ко мне, снял перчатку и протянул руку. На его пальцах заплясали красноватые молнии. Они прыгали на мою кожу и слегка пощипывали.
А я, как завороженная, смотрела на его большую сильную руку с длинными пальцами, широкое запястье с тонкими шрамами, выпирающие на тыльной стороне ладони сосуды.
И странное дело, в палате внезапно стало жарко.
Глава 5. Две службы
Красно-оранжевые разряды еще несколько мгновений пощипывали кожу, а затем один за другим погасли на пальцах капитана.
Астервейн надел перчатку и отступил на шаг.
— Действительно след теней, — произнес он. — Ваше Величество, расскажите мне в точности, что произошло в тот вечер. Ничего не упускайте, даже если какая-то деталь кажется вам незначительной.
Я подтянула рукав, скрывая предплечье, и начала рассказывать: о мужчинах, выскочивших из кустов, сиреневой пыльце Фуфеля, черной тени, выросшей прямо передо мной. О холоде, который проник в рану вместе с дымными нитями, и о странном знании, заставившем меня создать защитный кокон.
Я старалась припомнить все до мельчайших подробностей. Капитан слушал внимательно, не перебивая. Его взгляд оставался напряженным и слишком уж пристальным.
Если бы не обстоятельства, я решила бы, что он бесцеремонно меня разглядывает. Но, вероятно, Эйдан просто серьезно подходил к делу и внимательно меня слушал.
— Я рад, — вдруг произнес Астервейн, когда я закончила, — что ваше тело вспомнило тренировки и вы сумели защитить себя. Иначе последствия могли быть куда серьезнее.
— Тренировки? — Я вскинула на него голову. — Капитан…
— Эйдан, Ваше Величество, — мягче произнес он. — Прошу, называйте меня по имени.
Я кивнула, мысленно повторив его имя, почему-то ощутив снова прилив необъяснимого жара к щекам.
— Так что насчет тренировок, Эйдан? — спросила я, стараясь не выдать охватившего меня волнения. — Боюсь, я не совсем понимаю, о чем вы.
Он помедлил.
— В Империи с вами занимались после похожего случая, — наконец ответил он. — Тогда вы пострадали сильнее.
Я поджала губы, чтобы скрыть едва не расплывшуюся на лице улыбку.
Миолане, похоже, отец строго запретил говорить о моем прошлом — чтобы, как он выражался, не отвлекать меня от будущего. Она отвечала на мои вопросы уклончиво, а иногда и вовсе делала вид, будто не понимает, о чем я спрашиваю.
Но капитан Астервейн, очевидно, не знал этого приказа.
Значит, рядом со мной наконец появился человек, который мог рассказать нечто большее, чем общие слова о моей жизни в Империи. Это воодушевляло.
Я взглянула на серьезное лицо Эйдана. Что ж, капитан, похоже, вы сослужите мне двойную службу.
— Ох, — тихо вздохнула я. — Видимо, ужас от пережитого стер из моей памяти слишком многое. Я не помню, что случилось тогда. Если вы расскажете мне, буду очень благодарна. К тому же, уверена, эти сведения могут пригодиться в расследовании.