За окнами тянулись облака, подсвеченные мягким дневным солнцем.
Я, сидя на кровати, улыбался, глядя на то, как Вика весело смеётся, играя одновременно с Аней и Аяной. Девушки не отставали от неё, тоже втягиваясь в игру.
От этой картины я чувствовал максимальное расслабление.
Всё это общение с идиотами, которые не видят дальше своего носа, довольно сильно выматывает. А всё потому, что старики редко слушают молодых, считая себя умудрёнными опытом. Хотя иногда опыт не делает человека мудрее. Иногда он просто превращает его в вековой пыльный камень и не более.
Аяна продолжала играть с Викой. Аня же подошла ко мне, присела на кровать и взяла меня за руку так, что наши пальцы переплелись. Девушка прислонилась к моему плечу и, улыбаясь, посмотрела на весёлую возню в центре.
— Куда мы теперь? — тихо спросила она.
— Для начала в родовые земли, — ответил я.
— А после?
— После закончим то, что давно пора закончить, — спокойно произнёс я. — Отправимся во дворец и уже оттуда в Китайскую империю.
Глава 24 Радость и горе войны, что всегда идут рука об руку…
Мы с Аней, сидя и держась за руки, продолжали смотреть на Аяну и Вику.
Я в это время не уставал поражаться тому, как сильно «изменились» девушки. Не только в плане силы. В них изменилось всё: осанка, взгляд, манера держаться, даже сама энергетика. Когда-то передо мной стояли ещё совсем юные девушки, которые только искали себя, а сейчас они стали более уверенными и гораздо женственнее, чем ранее. Можно сказать, что они расцвели.
— Мама, — неожиданно обратилась Вика к Аяне, стоя у её ног и смотря снизу вверх.
— Что такое? — Аяна ласково улыбнулась и провела ладонью по её волосам.
— А ты же теперь вернёшься с нами домой навсегда?
Аяна немного растерянно посмотрела на меня и на Аню. Потом она снова перевела взгляд на Вику и продолжила гладить её по голове.
— Да, вернусь. Может, иногда придётся улетать по делам в Японию. Но так… больше не собираюсь покидать вас.
— Ула! — радостно закричала Вика, обнимая её за ноги. А обняв, тут же отцепилась и сорвалась с места, подбежала ко мне и повисла у меня на шее.
— Папа-герой! Папа вернул маму домой!
Теперь уже я гладил её по голове, пока она сидела у меня на колене и крепко прижималась ко мне. Аяна подошла ближе и села справа. По её лицу сразу стало понятно, что она хочет поговорить.
Я аккуратно передал Вику Ане и посмотрел на Аяну.
— По поводу Японии, — начала она разговор. — Те твои слова…
Я задумался и отвёл взгляд в сторону, смотря перед собой.
Политика — очень сложное дело. А если точнее, очень грязное.
Однако я не собираюсь принимать решения только на основе того, что моя жена — императрица Японии. Раз уж я решил становиться императором, никаких послаблений ни для кого не окажется. Мне нужно заботиться о тех, кто готов идти за мной, и о тех, кто относится ко мне хотя бы нейтрально. Но пригревать змею на груди я не собираюсь ни при каких обстоятельствах.
— Моё решение не окончательное, — ответил я после короткой паузы. — Однако в том составе, в котором сейчас находится Япония, точнее её верхушка аристократии, я действительно не хочу видеть её рядом с собой.