— Они? — удивились родители хором, переглянувшись. В их голосах звучало непонимание смешанное с ужасом.
— Да, они. Их двое, — подтвердил Дримеро. — Пойдёмте, я расскажу вам обо всём подробнее, насколько смогу. Здесь не место для такого разговора.
И он первым вышел из комнаты, чувствуя спиной, как родители Нюты бросают последние, полные отчаяния взгляды на свою дочь, а затем, словно очнувшись от гипноза, поспешно следуют за ним.
На кухне, где царил уютный полумрак, они втроём уселись за круглый деревянный стол. Дримеро молчал, опустив голову и рассматривая трещины на столешнице, пытаясь собраться с силами, чтобы начать этот разговор. Тишина давила на плечи, становилась почти осязаемой. Тогда мама девушки, женщина с твердым характером, не выдержала гнетущей атмосферы. Она резко встала, будто это движение помогало ей собраться, и подошла к старому холодильнику. Открыв его, она посетовала на то, что у дочери практически нет нормальной еды — одни полуфабрикаты и консервы, и с какой-то материнской заботой и злостью на безразличие дочери к своему питанию, занялась готовкой. Она решила, что, пока есть возможность, она сделает для всех хоть что-то простое и горячее.
Быстро и умело, привычными движениями, она сделала пышный омлет с пучком свежей зелени, и единственной помидоркой, сиротливо закатившейся в самый дальний угол холодильника. Закипел чайник, наполняя кухню привычным, успокаивающим шумом, и вскоре она уже накрывала на стол для троих, оставив отдельную порцию для дочери, от всей души надеясь, что та скоро сможет её съесть.
Отец Нюты, сидел напротив Дримеро и сверлил его строгим, испытующим взглядом. Он был мужчиной практичным, привыкшим решать проблемы действиями, а не словами. Сейчас его мозг лихорадочно работал, он анализировал каждое слово, каждый жест этого странного парня. Дримеро тем временем рассеянно крутил в руках сломанный рубин, и его отражение мелькало в гладкой поверхности осколков, создавая иллюзию множества глаз, следящих за ним.
— Давайте сначала перекусим, а затем уже поговорим, — строго, но с мягкостью в голосе заявила Ирина, ставя на стол тарелки. Ведь с тех пор, как Нюта проснулась после испытания, прошло много времени.
Дримеро сначала хотел отказаться. Но впервые за всё то невероятное время, что он просуществовал в кольце, его желудок громко и предательски заурчал. Запах горячего омлета с зеленью, который исходил от тарелки, был настолько прекрасным, что он не удержался и взял вилку.
Когда они перекусили, Дримеро глубоко вздохнул, и начал свой рассказ. Он говорил медленно, взвешивая каждое слово, потому что знал, что то, что он скажет, прозвучит как безумная сказка для этих людей.
— Всё началось несколько тысячелетий назад, — начал он, и его голос звучал глухо, как из-под земли. — Тогда я был наследником в могущественном клане демонов. Мой отец, верховный демон, готовился передать всю власть мне. Это была великая честь, но также и огромная ответственность, за которую многие готовы были убивать. Мой младший брат, Ларионсо, всегда завидовал мне. Он был честолюбив, но слаб духом, и его душила зависть к моему положению. Он сговорился с моей невестой Ираиной, той, которой я верил, как самому себе. Я любил её, я готов был отдать ей весь мир, но они оба мечтали лишь о моём троне. Вместе они разработали хитроумный план, чтобы стать следующими наследниками, предварительно избавившись от меня. Напрямую убить меня они не могли — это было бы слишком просто и не гарантировало им власти. Поэтому Ларионсо, который всегда увлекался тёмными древними знаниями, нашёл старинный магический ритуал. Проведя его, они не убили меня, но заточили в кольцо, в этот самый рубин, обрекая на вечное одиночество и бессилие на тысячелетия.