До начала пары оставалось не так много времени, но я позволила себе посидеть здесь ещё несколько секунд, всматриваясь в пространство, прежде чем уйти.
По пути в кабинет я достала телефон, решив ответить Максу, выбрав наиболее простой и примитивный путь отступления.
Я: Прости, у нас с тобой вряд ли что-то может получиться.
Нет сомнений в том, что это заденет его самолюбие, ведь не каждый в ответ на своё внимание хочет получить подобное сообщение. Мне не довелось узнать его хорошо, чтобы понимать, был ли он хорошим парнем и заслуживал ли такого обрыва. На самом деле мне было плевать на него и на то, какие чувства у него это вызовет, ибо для меня он был очередным балластом, навязанным сводным братом.
Кстати, о балластах.
Едва переступив порог кабинета, я обнаружила, что новенький, наконец, соизволил вернуться на занятия. Он сидел на привычном месте на самой последней парте, словно пытаясь отгородиться ото всех, что в принципе было невозможным. Его фигура, облачённая во всё чёрное, выделялась на фоне остальных.
Миновав своё место, я направилась к нему. Тимур не потрудился поднять голову при моём приближении. Он даже не шелохнулся, когда я села рядом с ним.
— Приве… О, — моё удивление не было наигранным, когда я увидела, что его лицо скрыто медицинской чёрной маской. – Ты заболел?
Тимур медленно поднял взгляд от телефона. Несколько секунд он смотрел на меня, будто решая, стоит ли мне вообще отвечать, и, видимо, посчитав, что нет, снова уткнулся в телефон. Проследив за его взглядом, я обнаружила, что он играет в игрушку.
Вот же ублюдок.
Я не хотела злиться, но тугой комок раздражения всё туже сплетался в груди. Не знаю, чего я ждала от него, но, определённо, не равнодушия. И если он думал, что это оттолкнёт меня, то парень явно ошибался.
— Снова играешь в немого мальчика?
Не знаю, что побудило меня к этому, но я, поддавшись внутреннему капризу, потянулась к его маске. Этот инфантильный порыв был столь же неожиданен как для него, так и для меня. Он успел среагировать лишь в тот момент, когда я уже наполовину сняла мешавшую обзору ткань, на полпути перехватив моё запястье. Он сжал его слишком крепко, но я не обратила на это внимания.
Моя улыбка застыла, когда я поняла, для чего именно нужна была маска.
Чёткие багровые отметины украшали линию скул, которые он успел быстро прикрыть обратно. Но я успела разглядеть то, что она закрывала. Взгляд пронзительных серых глаз окатил меня снова, в этот раз с недовольством. Но оно не трогало меня так, как увиденное. Следы синяков не были похожи на те, которые получаешь случайно. Это скорее следствие системного и намеренного избиения.
Тимур всё ещё не притронулся к своему телефону, по-прежнему продолжая смотреть на меня.
— Что, герцогиня, — голос из-под ткани прозвучал глухо. — Испугалась?
Страх?
Сама мысль об этом была абсурдна. Однако веселье испарилось вмиг. Опустив глаза, я посмотрела на руки, глядя на то, чего не увидела в самом начале. Его костяшки были полностью сбиты, украшенные кровоподтёками и ссадинами. Улыбка не сходила с моего лица, пока я разглядывала Тимура. Он неотрывно наблюдал за мной, будто выискивая любые признаки растерянности или страха.