— Сделай нам чайку, — попросил инфекционист. — Сложный случай, устали.
Она без лишних слов тут же вышла, а через пару минут вернулась с двумя кружками чая. Видно, что руководителя своего она очень любит, раз обеспечивает такой сервис.
— Пациентку оставляем? — спросила она.
— Да, пусть лежит в боксе, — кивнул Дмитрий Степанович. — И позвони в гинекологию, пусть Терентьев как освободится — подойдёт. Прочитаю ему лекцию про дифференциальную диагностику краснухи и кори.
Наташа кивнула и снова выскользнула за дверь.
— Пейте чай, Наташенька вкусный делает, с лимоном, — проговорил Жирков. — Вам надо восстановить силы.
Я кивнул и отпил маленький глоток. Чай был ещё горячим.
— Правда вкусно, — улыбнулся я. — Спасибо, это то, что нужно.
— Я хотел поговорить, — заявил Жирков. — О нашем условии. Я же не просто так позвал именно вас, чтобы именно вы поставили диагноз пациенту. И сказал, что именно от этого будет зависеть, возьму ли я себе помощника в отделение.
Догадывался об этом, но пока не понимал, к чему он клонит.
— Я думал, что вы позвали меня, потому что уже со мной работали, — честно ответил я.
Характер у Жиркова был сложным, об этом мне и Наташа говорила, да и сам я прекрасно помню нашу первую встречу.
— Это тоже, само собой, — кивнул инфекционист. — Но не это главная причина. В нашу предыдущую встречу вы меня поразили. Я и представить не мог, что молодой интерн так безошибочно выставит все диагнозы. И я много думал над вашими словами. Что вы скажете, если перейдёте в моё отделение?
А вот это действительно неожиданное предложение. Я даже не думал о переходе в какое-то другое отделение, кроме терапии.
— Я не могу работать врачом, пока не закончу интернатуру, — подметил я.
— Но интернатура общепрофильная, — ответил Жирков. — Пройдёте её у меня. Без конкурентов, без борьбы за единственное место. И сразу же устроитесь инфекционистом.
Вообще в терапии теперь было два вакантных места. Ведь Козлова уволили с должности терапевта. Но этот вопрос почему-то не поднимался, и я сам его не затрагивал.
— Для работы инфекционистом нужен инфекционный аспект, — проговорил я.
Я не стал врать, что у меня его нет. Просто констатировал факт, что он нужен.
— Он у вас имеется, — второй раз поразил меня Жирков.
Откуда он это узнал?
— С чего вы взяли? — поинтересовался я. Не отрицая, но и не подтверждая этот факт.
— Я опытный инфекционист, — улыбнулся Жирков. — Очень опытный. И я могу это сказать практически со стопроцентной уверенностью, просто понаблюдав за вами. За вашей работой. Развит он, скорее всего, минимально, но он есть.
Да уж, с такими опытными врачами работать в каком-то смысле опасно. Могут возникнуть вопросы, откуда у молодого, только выпустившегося врача столько аспектов. Но тут уже скрывать не было смысла.
— Есть, — кивнул я. — Я получил его в подарок от отца, после окончания академии.
Это была неправда, но этот факт Жирков вряд ли станет проверять.
— Необычный выбор для терапевта, — подметил инфекционист.
— Инфекций и в терапии хватает, — пожал я плечами. — И в академии я с ними хорошо ладил. Поэтому он и решил именно его передать.