— Я понял, — прервал я Михаила Анатольевича. — Хорошо, сегодня подежурю.
Тем более мне интересно, смог ли что-то выведать Клочок. Если у него появилась новая информация — мы сможем продумать план к завтрашней проверке. Которая, судя по всему, должна быть внезапной. Иначе наставник уже бил бы тревогу.
А сказать ему прямо об этой проверке я не мог. Возникнет резонный вопрос — откуда я это знаю. А ответа у меня не будет.
— Спасибо, Константин, — кивнул наставник. — Болотов и Шуклин были особенно рады. Хотя за их сегодняшние косяки они отдежурят в другие дни, и только.
Интересно, с чего бы Жукову настаивать на моём ночном дежурстве? Вряд ли это связано с его переживаниями о собственном здоровье. Дело в чём-то ещё. Надо быть осторожным.
Зубов начал собираться домой, а я решил сразу же навестить Жукова. Чтобы ещё раз не пожаловался, а то кто знает, что от него ожидать.
Добрался до нужной палаты, постучал и зашёл внутрь. В палате почему-то было темно.
В следующее мгновение ко мне со спины подскочил человек и прижал к моему горлу нож.
Глава 5
— Невежливо вы лечащего врача встречаете, — усмехнувшись, проговорил я.
На долю секунды этого хватит, чтобы контратаковать.
За спиной раздавалось тяжелое дыхание, но нападавший не ответил. Свет тоже не включал.
Дальше действовать этот человек не спешил. А значит, и моя смерть была ему не нужна. Что ж, для начала нужно выбраться из захвата.
Я резко отклонил туловище в сторону. Ударил нападавшего под дых быстрым движением локтя. Затем нырнул под руку и резко увёл её за спину. Выбил нож, зафиксировал напавшего, а другой рукой умудрился включить свет.
И увидел перед собой скорчившегося от боли… Николая.
— Ну вот, как хорошо, что я вызвал личного гвардейца, — всплеснул руками вышедший из туалета Жуков. — Как чувствовал, что на меня попытаются совершить нападение. Доктор, гвардеец сейчас подойдёт, он уже в лифте. Долго разрешение на охрану получал.
Что здесь происходит? Я ещё раз перевёл взгляд на Николая, не веря своим глазам. Нет, это точно он. Решил меня предать после всего случившегося? Да ещё таким странным способом?
Ведь я действительно поверил в его историю, звучала она очень правдоподобно.
Но нет, что-то не сходится. Предположим, что это действительно было частью плана. Так вели бы его до конца, заманили бы меня в нужное место, где нет лишних свидетелей. Зачем вот такое вот вытворять прямо в клинике?
Да и Николай ведёт себя странно. Ни слова не сказал, да и вырваться не пытается. Так и стоит покорно с заломанными назад руками, наклонившись вперёд.
В палате появился и обещанный гвардеец.
— Этот доктор отважно задержал преступника, который проник в палату, чтобы меня убить, — театрально произнёс барон Жуков. — Скорее передайте его полиции, пусть они разбираются. Я дам показания, если потребуется.
Гвардеец без слов кивнул и подошёл забрать у меня Николая.
Я не мог его не отдать. Ведь это личный гвардеец аристократа, и факт нападения действительно был. Противопоставить тут можно только странное поведение самого Николая. Мы должны были встретиться уже завтра, он был настроен серьёзно. А сейчас — как будто подменили.