— Этот урод признался, что именно так. И не только Стрельников к этому причастен, — процедил я. — Ты можешь смело забирать этого засранца в участок.
Петрушев подошёл к валяющемуся на асфальте незнакомцу, покосился на Хрума.
— Твой зверёк точно успокоился? Не зарядит в меня молнией? — спросил следователь.
— Да, Хрум уже сделал всё, что требуется, — улыбнулся я и заметил, как питомец приобрёл прежние размеры, молнии перестали плясать между иголками, да и те прижались к телу, превращаясь в броню.
Ёжик вернулся ко мне, исчезая за пазухой, и довольно просвистел напоследок нечто замысловатое.
— А ну-ка, поднимаемся, — Петрушев схватил за шиворот незнакомца. — Тебя как зовут?
— Во-володя, — пробормотал незнакомец.
— Ну так вот, Воволодя, поедем в участок, и ты там всё расскажешь, — процедил Петрушев, бросив взгляд в сторону высунувшегося из-за машины Бориса.
— А вы, насколько я понимаю, свидетель, — обратился к нему следователь. — Нужны будут ваши показания.
— А вы точно из полиции? — недоверчиво покосился на него Борис и неохотно вышел из своего укрытия.
Петрушев нажал на браслет, закреплённый на запястье. Перед Борисом в воздухе появилась картинка, магическая проекция удостоверения.
— Конечно, господин следователь, я всё расскажу… всё напишу, — затараторил Борис. — Всё видел. В мельчайших подробностях. Но мне нужно уладить с Александром кое-какие вопросы.
Петрушев задумчиво посмотрел в сторону проломленной крыши джипа за спиной арендодателя, затем почесал подбородок.
— Часа вам хватит, чтобы решить свои вопросы? — спросил он у Бориса.
— Надеюсь, — закивал Борис. — Это ведь не от меня зависит.
— Хватит, — улыбнулся я.
— Тогда жду вас в участке… и тебя тоже, Александр, — взглянул Петрушев на меня. И в его взгляде я разглядел крайнюю озабоченность.
Понятное дело, не любил он связываться с аристократами. Много давления, затяжных бесед, сложных разборок. Но в то же время Петрушев радовался, что не придётся долго расследовать этот случай. Напавший готов говорить, свидетель — вот он, на месте. Искать его не надо. Да и улика перед глазами, с отпечатками пальцев и магическими следами.
Следователь резко обернулся, бросив внимательный взгляд в сторону. В полусотне метров от нас с обочины, взвизгнув резиной, сорвался автомобиль с тонированными стёклами.
— О как… — выдохнул Петрушев. — Будьте осторожны. Похоже, за нами всё это время следили.
— Не переживай, Егор. Я смогу нас защитить, да к тому же у меня есть отличный помощник, — я запустил руку за пазуху, погладив Хрума. И услышал в ответ тихое посвистывание.
Петрушев кивнул, затем нацепил перчатки. Ловким движением он забросил повреждённый артефакт в специальный пакет, который предварительно достал из поясной сумки.
— Ну что, пошли, любезный, — дёрнул он за собой человека в капюшоне.
Когда они удалились в сторону автомобиля следователя и тот отъехал, Борис озадаченно взглянул на меня.
— Нам это… надо как-то решить одну проблему. Точнее не одну, — покосился он в сторону выбитого окна. — Я рад, что ты выжил, Александр. Это было очень опасно.