— Вы с ума сошли⁈ Я не пытался никого убить!
— Своими руками нет. Но вот ваш фамильяр… Мы его осмотрим, вы не против? — поинтересовался я, доставая фокусирующий кристалл.
Вышел из допросной, оставив Дмитрия наедине с Лужковым, и отправился к камере, где сидел фамильяр.
На вид это был совсем другой паук, гораздо мельче. Но кто сказал, что он не может становиться больше? Фамильяры на многое способны. Их способности и уровень владения эфиром порой впечатляют даже бывалых провидцев.
Когда я приблизился, паук угрожающе зашипел, будто кошка, и защёлкал жвалами.
— Тише, тише. Я тебя не обижу. При условии, что это не ты хотел меня убить, — сказал я, поднимая кристалл.
Быстро стало понятно, что это не тот паук. Даже если бы он успел излечить те раны, которые получил во время схватки у моего поместья, в ауре остались бы следы.
Да и вообще, энергии у паука было немного — сомневаюсь, что он способен становиться в три раза больше и так сильно атаковать эфиром, как это делал его собрат.
— Вот и всё, дружок, — сказал я, убирая фокус в карман — Никто тебя не тронет.
— Вам же лучше, — вдруг ответил паук. Голос его был сухим и шелестящим.
— О, наконец-то ты заговорил. Думал, ты не умеешь.
— Все фамильяры умеют. Я просто не люблю болтать попусту.
— В этом мы с тобой похожи, — я сел на корточки и внимательно посмотрел в его восемь глаз через решётку. — Напомни, как тебя зовут?
— Арчибальд, — будто нехотя ответил фамильяр. — Хозяин зовёт меня Арчи.
— Я Григорий. Послушай, Арчибальд, давай начистоту: твоего хозяина обвиняют в серьёзном преступлении. Если мы найдём доказательства, он отправится в тюрьму или даже на казнь. Тебя в любом случае изгонят. Но если ты честно расскажешь, чем занимается Василий в своём подвале, я попытаюсь сделать так, чтобы тебя отдали другому провидцу.
— Я не хочу к другому. Василий — мой хозяин.
— Понимаю. Но это же лучше, чем исчезнуть? — слово «умереть» не совсем подходило к фамильярам.
Паук поскрёб лапами по полу и ответил:
— Мы ничего такого не делаем. Хозяин готовит снадобья. Я ворую для него поросят и других животных в соседних посёлках. Тут недалеко крупная ферма, там тоже иногда бываю.
— Воровство — это тоже преступление, ты в курсе?
— Да. У хозяина мало денег. Когда есть возможность, он просит меня оставить деньги за украденное животное.
— Как благородно, — саркастично заметил я. — А как же ты добираешься до соседних посёлков? Неужели пешком?
— Как ещё? Крыльев у меня нет, — проворчал Арчибальд.
— Да-а, — задумчиво протянул я. — Крыльев у тебя нет… Но, может, хозяин тебя телепортирует?
— Нет. Мы так не умеем.
Я и сам прекрасно понимал, что у Лужкова просто не хватит сил, чтобы создать плетение для телепортации. Но спросить был обязан.
— Спасибо, Арчибальд, — сказал я, вставая. — Твоего хозяина накажут за воровство и незаконное изготовление зелий. Если, конечно, мы сможем доказать, что он варил нечто незаконное. Думаю, всё обойдётся штрафом.
Конечно, если паук не пытается водить меня за нос, а такое тоже возможно.
— Значит, у нас станет ещё меньше денег, — угрюмо пробормотал паук.