— Вот почему мы не зря отсрочили новую операцию. Тогда мне казалось, что нужно просто дать ауре время восстановиться. Но теперь понятно, что одного восстановления недостаточно, — пояснил я.
— И что теперь делать?
— Укрепить систему в два этапа. Сначала создать дополнительные отводящие пути. Они будут компенсировать нестабильность после операции и заберут на себя часть потока, который сейчас пойдёт через ослабленные участки. А затем надо усилить слои, которые примут изменившуюся нагрузку. Благодаря артефакту я знаю, на каком участке произойдёт искажение. Но после этих процедур тебе понадобится время на восстановление, — скорее рассуждая вслух, чем поясняя, ответил я.
— А потом можно будет вернуться к основному лечению?
— Нужно.
Николь кивнула.
— Тогда в чём проблема? Ты снова придумал, как всё сделать правильно. Это же отлично!
— В целом да. Но мне понадобится время, чтобы проработать конкретный план укрепления системы. Не знаю, сколько это займёт, — честно ответил я.
Помолчал немного, а затем добавил:
— При таком подходе риски будут минимальными. Но полностью исключить их невозможно.
— Я знала, на что иду, — пожала плечами маркиза. — Но, если ты сможешь меня вылечить — это будет того стоить.
Я кивнул и посмотрел на артефакт Громова.
Работы предстояло много. Но теперь я знал, где именно скрывается опасность и как её обойти.
А значит, следующий этап лечения можно было начинать без прежней неопределённости.
Российская империя, город Томск, гостевой дом «Степанида»
Игнатий Сорокин протянул администратору паспорт на чужое имя. Тот записал фальшивые данные, вернул документы и положил на стойку ключ от номера. Никакого интереса новый гость у него не вызвал. Обычный приезжий, который ничем не отличается от других.
Сорокин поднялся на второй этаж, вошёл в номер и запер дверь.
В зеркале, которое висело у входа, он увидел своё отражение. Худой мужчина с неаккуратной бородой и тусклыми глазами. Немногие бы сейчас узнали в нём того магистра Гильдии целителей, которым он был когда-то.
Игнатий провёл ладонью по щеке и отвернулся.
Когда-то он жил совсем иначе. Останавливался в лучших гостиницах, к нему обращались с почтением, прислушивались к каждому его слову. Один из лучших диагностов империи, как-никак.
Теперь всё изменилось.
Сорокин оттянул ворот рубашки и посмотрел на татуировку у основания шеи. Змеиный череп и роза. Символ Чёрной касты, его новой семьи.
Игнатий успел проверить комнату на предмет шпионских артефактов, убедился, что окно можно открыть, и тут в дверь постучали.
На пороге стоял мужчина с кожаным портфелем. Он вошёл без приветствия, дождался, пока Сорокин запрёт дверь, и отогнул край воротника, показывая свою татуировку. Тот же змеиный череп.
Игнатий кивнул.
— Садись, брат, — предложил он.
— Я ненадолго, брат. Только передам тебе, что нужно.
Гость вручил Сорокину портфель и сказал:
— Деньги, документы, несколько сим-карт и два телефона. Там есть контакты надёжных посредников, они помогут достать тебе оружие или артефакты, если понадобится. На крайний случай — там есть телефоны представителей местной ячейки. Меня просили передать, что пользоваться ими можно только в чрезвычайных ситуациях.