— Дядя Итон, — тихо, почти на ухо поведал мне Артур, — вы как раз вовремя. С царицей плохо. Ей очень нехорошо. И у нее лейб-медики!
— Что происходит?
— Ничего непонятно.
Понятно. Придется ставить диагноз самому. Я тут же отправился к Александре Федоровне. Допустили почти сразу, как явился. Покои Аликс, обычно наполненные светом и ароматами цветов, теперь казались мрачными. В воздухе витал тяжелый запах лекарств. Она лежала на кровати, ее лицо было бледным, осунувшимся, а глаза, окруженные темными кругами, казались огромными и полными слез.
Рядом суетились горничные и лейб-медик Вельяминов.
— Мне… мне так плохо, граф, — простонала царица.
— Что случилось⁇
— Меня тошнит… голова раскалывается… шея болит так, что я не могу пошевелиться… и ноги… ноги совсем отнялись. Я их не чувствую!
Она зарыдала, ее тело начало трястись от истерики. Появились еще врачи, потом пришел бледный Никса, принялся успокивать Аликс. Не помогло. Она еще больше зашлась. Врачи лишь разводили руками, не зная, что делать. Пробовали прикладывать лед, делали притирки, мази — ничего не помогало.
Я поразглядывал императрицу. Ну головная боль и тошнота — это был токсикоз. Он, как я знал из своей прошлой жизни, не лечится, только терпеть и ждать второго триместра. А вот шея и ноги… Это было похоже на какое-то защемление. Возможно, спазм, но тогда должен был помочь лед. Я отвел Никсу в сторону, порасспрашивал. Собрал так сказать, анамнез. Да, такие приступы уже были, лед прикладывали, не помогло. Вельяминов настаивает на приезде доктора-ортопеда Хорна. А у того главное лечение — серные и соляные ванны. Для которых рядом с дворцом построена целая купальня. И которые дали результат примерно околонулевой. Такой же эффект был от «успокаивающего массажа». Перепробовали уже несколько специалистов этого профиля, все бестолку.
Лицо у самодержца было измученным, глаза покраснели от недосыпа. Он подошел ко мне, его взгляд был полон отчаяния, и я почувствовал — он и сам на грани срыва.
— Граф, — произнес он, его голос был низким, почти молящим. — Я прошу вас… Проведите сеанс с Менеликом. Может быть, духи… чем-то помогут? Не знаю, что делать!
Я скрепя сердце согласился. Моя душа протестовала против использования Менелика для решения медицинских проблем, но выхода не было. Николай был в таком состоянии, что готов был ухватиться за любую соломинку. Отказ мог бы подорвать все мое влияние при дворе.
Сеанс мы проводили днем, без Аликс, чтобы не тревожить ее. В Палисандровой гостиной собрались только мы четверо: сам царь, я с Менеликом, и для комплекта — Василий Орлов. Последний был очень впечатлен доверием, сосредоточен. Он же у меня вызывал наибольшие опасение. Сметлив, все замечает. Гостиная выглядела мрачно — завешенная тяжелыми шторами, лишь несколько свечей освещали ее. Утром я опробовал столик — все работает, ничего не сломалось. Обговорили с Калебом все детали.
Осталось только надеть индиговый балахон, повесить анк и вот уже духи встают в очередь, чтобы посоветовать что-то дельное. Но что?
Сеанс прошел быстро — вызвали дух Авицены. Который сразу начал капризничать. Вырвали из вечного сна, прозревай… Но Менелик «показал класс», успокоил великого целителя, разговорил. И тот выдал!