— Держись от меня подальше, Финик!
Сердце колотилось так сильно, что отдавалось в висках. Разорванное платье всё ещё приходилось придерживать рукой, чертов волк-малолетка!
Мне почти удалось пройти мимо, когда его пальцы внезапно сомкнулись у меня на локте.
Крепко. Без права отстраниться.
Ноги врости в землю. Я не ожидала от Финика такой наглости. Он вел себя не так как раньше…
Финик не сказал ни слова. Просто смотрел на меня. Молча. Тем самым новым, тяжёлым взглядом, от которого внутри всё сжималось. В его глазах не было ни жалости, ни насмешки, только что-то напряжённое и слишком личное. Связанное с лесом. С тем, о чём мы оба молчали.
Моё тело предательски дрогнуло. Мелкая, непрошеная дрожь пробежала по коже — от локтя вверх, к плечу, к шее. Я ненавидела себя за эту реакцию. Ненавидела ещё сильнее, чем его.
Его пальцы на секунду сжались сильнее… а потом медленно, почти неохотно разжались.
Он отпустил.
Второго раза мне ждать не хотелось. Развернулась и почти бегом бросилась к своему дому. Дверь захлопнулась за мной с глухим ударом. Я прислонилась спиной к дереву, тяжело дыша, всё ещё сжимая разорванную ткань платья.
Руки тряслись.
Я закрыла глаза и тихо, зло выдохнула сквозь зубы.
Мне нужно уйти.
Сбежать из этой стаи. Пока не поздно. Пока Финик не посмотрит на меня ещё раз этим взглядом. Пока Морнар не передумает и не решит, что дочь бывшего Альфы — лишняя. Пока вся эта ненависть, шепотки и «случайные» толчки не сожрут меня окончательно.
Разрешит Морнар или нет… уже неважно.
Я больше не могу здесь оставаться.
Любимые мои, вэлкам в историю Финика и Миры!
Очень прошу вас поддержать книгу!
Если вы будете активными, ставить «мне нравится», добавлять книгу в библиотеки и, главное, писать комментарии, я буду писать её в процессе бесплатно.
Я думаю, это очень маленькая цена за такую непростую и горячую историю! ❤️
Спасибо!
Глава 2. Как начинается утро злодейки?
Как начинается утро злодейки?
Почему злодейки? Ну, вся стая считала меня предательницей. Даже Лилея, жена Альфы, смотрела на меня с опаской. Я её понимала — моё поведение действительно оставляло желать лучшего.
После того случая на поляне, где меня выставили перед всеми, всё изменилось.
Пропало уважение, забота и какая-либо поддержка.
У меня были «свои» волки — те, кто тоже считал, что Морнар должен был взять меня в жёны. Но и они испарились. Встали на сторону большинства. А большинство решило, что теперь моя жизнь должна быть адом наяву.
Каждый день.
Мне доставались самые гнилые фрукты и овощи.
Остатки каши с дна котелка — там, где она пригорела и воняла гарью.
Мясо с тех мест кабана, где жевать его было невозможно.
Кислый эль…
Список был нескончаемый. Но я не жаловалась. Пыталась. Дочь бывшего Альфы не могла показывать слабость.
Так говорил отец в детстве, когда меня задирали девочки.
Однажды я пришла домой в слезах, а вместо отцовских объятий папа поставил меня в угол и заставил два часа повторять фразу: «Плачут только слабаки. Я не слабачка».
Мое место изменилось на старую скамью у самого края стола. Передо мной стояла миска с серой, пригоревшей кашей и кусок мяса, от которого даже волки морщились. Я молча ковыряла ложкой, стараясь не вдыхать запах слишком глубоко.