– Так неужели… это правда? – прошептал он надтреснутым голосом.
Я не придумала ничего лучше, чем сбежать. Развернуться на невысоких каблуках, чтобы броситься к машине. Но Лекс поймал за локоть, резко разворачивая к себе. Наши взгляды схлестнулись. В его – ярость и решимость.
– Ты посмела скрыть от меня дочь?! – прорычал Лекс.
«Двоих, Лекс! – с нервной усмешкой подумала я. – Сразу двоих!»
– Нам пора, – холодно обрубила я. – Майя опаздывает на тренировку.
Демонстративно отойдя к машине, я вывела дочку за руку.
– Мы не договорили, Лара! – зло выкрикнул мне вслед Лекс.
Вздохнув, я мягко подтолкнула Майю в сторону спорткомплекса.
– Иди, подожди меня там. Я скоро приду.
Я и Лекс остались наедине. Мне не сразу хватило смелости обернуться. Встретиться с обжигающим взглядом зеленых глаз. Лицо Лекса ожесточилось. Он почти грубо ухватил меня за руку, силой уводя в сторону, подальше от людей. Мы остановились, скрытые беседкой, в которой обычно любила сидеть Майя после тренировок, болтая ногами в ожидании меня.
– Как ты могла, Лара? – Лекс испепеляюще посмотрел на меня, отпуская, словно и прикасаться противно.
– Ты уехал тогда, – я пожала плечами.
В глазах защипало. Я отвела взгляд. А Лекс со всей силы ударил кулаком по беседке, коротко зарычав от ярости. Такой пламенной, что по телу пробежала дрожь.
– О да, а мы живем в тринадцатом веке, и твой почтовый голубь сдох по дороге! – выпалил Лекс, с вызовом глядя мне в глаза. – У тебя был мой номер телефона! Тебе ничего не стоило позвонить, сказать всего два слова!
Я горько усмехнулась.
– Прости, Лекс, я – не из тех, кто унижается и что-то выпрашивает. А ты ясно дал понять, что ничего серьезного тебе не нужно. Когда сбежал от меня.
Наши взгляды буквально сошлись в поединке. Одинаково твердые, упрямые. Никто не оправдывался, никто и не принял бы оправданий. Лекс сдался первый. Тяжело вздохнув, он посмотрел в сторону спорткомплекса. На дверь, за которой скрылась наша дочь. Точнее, одна из наших дочерей. Но об этом сообщать я точно не собиралась!
Если Лекс узнает о том, что у нас близняшки, у него точно окончательно сорвет крышу. Так что я решила пожалеть психику бедного новоявленного папаши. И свои нервы заодно. Ведь в глубине души я чувствовала: Лекс – опасный хищник, и за то, что у него отобрали сразу двоих детей, он мог бы отомстить со всей яростью.
«Это не его дети, – жестко отрезала я про себя, пресекая любой писк совести. – Это я растила их все эти годы. Даже Рада со второго этажа, которая с ними иногда сидит, имеет на них больше прав, чем он!»
– Мне нужно все обдумать, – наконец выдавил Лекс. – А потом мы встретимся и решим, что делать дальше.
– Мы не будем ничего решать, – я сверкнула глазами. – Ты просто исчезнешь из нашей жизни, и все будет, как раньше!
– Я имею право видеть свою дочь! – он стиснул кулаки, и во взгляде сверкнул мстительный огонек. – Любой суд это подтвердит.
– Ты не посмеешь! – прошипела я.
– Лучше не проверяй, Лара, – покачал головой Лекс, глядя предельно серьезно и пристально. – Встретимся вечером в «Адель» и все обсудим.